Весь Мегрэ. Том 3 полностью

Мегрэ представил себе полковника сначала в ресторане, где тот воспользовался тем, что не ел десерты, чтобы прочесть газету, а потом на обитой красным бархатом скамье без спинки в «Монсиньоре». Он не танцевал и не ухаживал за своей спутницей, потому что близко знал ее уже давно. Музыканты подошли к его столику и сыграли для него.

«Там они тоже постоянные посетители», — так сказал Лапуэнт.

Три вечера, четыре вечера в неделю? И в других городах — в Лондоне, Каннах, Риме, Лозанне — он ходил в кабаре, похожие на это почти как близнецы; там, должно быть, играли тот же мотив, когда графиня входила в дверь, и там полковник тоже не танцевал.

У него был в Кембридже взрослый шестнадцатилетний сын, с которым он раз в три дня несколько минут разговаривал по телефону, а в Швейцарии дочь, которой он, конечно, тоже звонил. И были три жены. Первая снова вышла замуж и вела жизнь, похожую на его собственную.

Затем Алиса Перрен, которая часть времени жила в Лондоне, а часть — в Париже, и, наконец, Мюриэль Хэллиген — та, что входит в клуб одиноких дам.

На улицах люди, закончившие работу, спешили ко входам в метро и автобусным остановкам.

— Мы приехали, шеф…

— Знаю…

Набережная Орфевр — двор, где уже начинает темнеть, лестница, погруженная в сероватый полумрак, несмотря на уже зажженные лампы.

Мегрэ не пошел сразу к Люка, а направился в свой кабинет, включил свет и сел на привычное место, держа перед собой записку Лапуэнта.

«Ноль пятнадцать. Уорда зовут к телефону. Откуда был звонок, я не смог узнать».

Мегрэ почти машинально протянул руку к телефонной трубке.

— Соедините меня с моей квартирой. Алло! Это ты? Я приехал… Да, я у себя в кабинете. Пока не знаю… Все идет хорошо. Нет, что ты!.. Уверяю тебя… Из-за чего мне грустить?

Почему жена задала ему этот вопрос? Он просто соскучился и хотел услышать ее голос.

«Примерно половина первого. Появление Марко Пальмиери и Анны де Гроот в „Монсиньоре“».

Анна де Гроот ушла из «Георга Пятого» в семь вечера одна. Она встретилась с Марко у «Фуке», где быстро пообедали перед тем, как отправиться в театр. Ни он, ни она не были одеты по-вечернему. И у «Фуке», и в «Монсиньоре» их хорошо знают, и похоже, что их связь считается признанной обществом».

Мегрэ понимал, сколько нужно было ходьбы, чтобы составить этот отчет, и сколько терпения проявил Лапуэнт, чтобы получить такие неважные на первый взгляд сведения.

«Ноль пятьдесят пять. Бармен „Георга Пятого“ объявляет пяти или шести клиентам, которые еще остаются в баре, что собирается его закрывать. Джон Т. Арнольд заказывает гаванскую сигару и уводит в вестибюль троих мужчин, с которыми перед этим играл в карты.

Я не смог точно установить, выходил ли Арнольд из бара в течение вечера. Бармен не может ответить на этот вопрос уверенно. До десяти вечера все столики были заняты, и все табуреты тоже. Тогда он видел Арнольда в левом углу возле окна в обществе трех недавно приехавших американцев, из которых один — кинопродюсер, второй — коммерческий агент актера. Они играли в покер. Я не смог узнать и того, был Арнольд знаком с ними раньше или познакомился только в тот вечер в баре. Они пользовались жетонами, но, когда закончили играть, бармен увидел, как они передают друг другу доллары. Он думает, что игра были крупная. Кто выиграл, он не знает.

Час десять. Коридорного вызывают в маленькую ампирную гостиную, которая устроена в глубине вестибюля, и спрашивают, можно ли еще заказать еду и напитки.

Он отвечает „да“, и ему заказывают бутылку виски, содовую воду и четыре стакана. Четыре клиента бара облюбовали это место и продолжали там свою партию в покер.