Слушай, Гаррет, вот ты говоришь, все здесь держится на магии, даже климат. А если ослабеет источник? И вообще вы так много всего делаете на магии, а не случится такого, что магия — вдруг — закончится? Как на Земле.
Нет, не случится, — успокоил меня дракон. Земля — особый случай. Такое ощущение, что магию там просто перекрыли после окончания терраформирования. А Тассин — это магически замкнутая система, и нельзя взять из него что-то бесследно. Мы берем магию для заклинания, когда оно заканчивается, магия возвращается в мир. Да даже пока оно есть — магия присутствует, только вдругой форме, в таком вот собранном виде. Как вода — она может быть паром, водой или льдом. А магия может быть чистой энергией, заклинанием или концентрированной магией в материальной форме. Твой кулон, например, это чистая магия. Законы сохранения энергии, пусть чуть сложнее их примитивной земной трактовки, но действуют и здесь.
Ну знаешь… Вон, на Земле та же нефть тоже остается в замкнутом пространстве мира. В виде пластмассы, бензина и всего такого. Но как-то это совсем другое. С магией такого не случится?
Не то чтобы вопрос магической экологии меня крайне беспокоил, просто стало любопытно.
Ну при этом важно не менять качества. Как я уже сказал, известные людям законы сохранения крайне примитивны, потому что не включают в рассмотрение такую субстанцию, как жизнь. На Земле берут живую нефть и делают из нее мертвую пластмассу. Берут живое дерево — и хорошо, если из целого дерева получится хотя бы пара живых спичек.
А в вашей магии всегда есть жизнь? — спросила я. Гаррет не ответил, и я склонилась к нему посмотреть, почему он молчит. Дракон замер, уставившись в пространство, вид у него был потрясенный, будто он увидел привидение.
Наконец он очнулся и сказал ошарашенно:
Ты гениальна, моя прелестная несса! В той магии нет жизни, она как пластмасса и бензин вашего мира.
Вот почему она так отвратительна. Но, — он с усилием потер лоб, — я даже примерно не представляю, как можно отделить от магии жизнь, сама идея кажется запредельно дикой!
Мы просидели до поздней ночи, строя различные предположения, но так ничего и не придумали. В спальне, обставленной тяжеловесной добротной мебелью, было восхитительно уютно. Мы, обнявшись, свернулись на бледно-желтых простынях огромной кровати и очень быстро заснули.
По возвращении я действительно почувствовала себя значительно бодрее. Никогда бы не подумала, что буду заниматься самым что ни на есть настоящим преступлением, и тем более — что для этого детективного расследования пригодится мой опыт работы на Земле. Вопросами странной магии Гаррет озадачил целую толпу экспертов, которые обосновались в Северной башне. Теперь, когда стало понятно, в каком направлении искать, они закопались в книги в поисках упоминания о попытках разделить магию и жизнь. -
Моя интенсивная деятельность не означала перерыва в учебе, но, конечно, заметно отразилась на учебных планах. Тиа ужасалась моему выбору книг для чтения на эльфийском: сплошные трактаты по истории преступлений и детективы. Детективы, или те истории, что здесь таковыми считались, после земных выглядели по-детски наивными. Уровень криминалистики тоже оказался невысок. По моей просьбе Гаррет добыл мне десяток земных учебников — тех, по которым учат земных следователей, а также кое-какие научные публикации по социологии культов.
В этих книгах не было данных по работе с магическими следами, да и технологии современных земных криминалистов на Тассине в большинстве своем не помогали. Зато судебная психиатрия и социология на Земле были на высоте, здесь этим вопросом еще не успели за- морочиться. Повезло, что преступник — человек, драконья психология, наверное, совсем темный лес. Хотя Гаррет не сказать чтобы разительно отличался от меня в этом плане. Видимо, действительно Демиурги создавали людей по образу и подобию драконов.
Этаса и Грашха я припахала к изучению культов, верований и фольклора. Нужно было вычленить элементы ритуалов, под которыми можно было прятать магическое воздействие. Нас интересовали возможные методы вербовки сторонников и их зомбирования, мне казалось, это могло происходить против воли будущих священников. Все специалисты уверяли меня, что это невозможно. Поскольку ментальная магия давно и прочно обосновалась на Тессе, все поголовно носили защитные амулеты и амулеты-индикаторы. В конце концов от идеи с магическим подбором кадров я с неохотой отказалась, но время не было потрачено совсем зря. Мы выяснили, что странная магия на охранных амулетах должна была светиться так же, как обычная. А вот с защитой от нее дело обстояло куда сложнее, стандартные амулеты не спасали.
