Дорогой читатель! Это первый сборник моих стихов, которые я решился опубликовать (всего сборников будет 18-20, выходить будут по одному в месяц). Большинство стихов этого сборника были написаны 40 и более лет тому – 16-20-тилетним подростком. Что изменилось за это время? Как изменился внутренний мир автора? Как и что изменилось у читающего эти строки? Будет крайне любопытно и важно прочесть ваши отклики в соцсетях, найти меня там не составит труда.Произведения в основном о восприятии (и неприятии) себя этом бренном мире, о Боге, немного о любви. О моих отношениях с ними и к ним. Многие мои стихи перегружены междустрочным смыслом и содержанием, и посему убедительно прошу вас выбирать произведение по названию, а не читать "сверху вниз". Название очень много для меня значит и оно отражает суть написанного.Надеюсь, что прочитав первый сборник, вам захочется прочесть следующие. Обещаю – там будет много интересного!Искренне ваш, автор.
Весь мир у Ваших ног
И жизнь полна отрады,
Послушен лёгкий слог,
И всё идёт как надо;
Прекрасны и чисты
Минуты откровений.
И девственны листы
Печали и сомнений!
Весь мир у Ваших ног
И хочется забвенья,
Но сохранит Вас Бог
От этого явленья!
Убереги Вас Бог
От желчи и корысти,
Пусть зависти дымок
Не застит взор Ваш чистый!
И на Голгофу сцен
Взойдя без колебаний,
Вдохните трепет стен,
Отдайте боль признаний,
Отдайте душу в зал,
Мечтой сердца согрейте,
Блажен, кто не солгал,
И Вас прошу – не смейте!
Испейте до конца
Щемящий отзвук боли,
Не требуя венца
На плахе скорбной роли,
Зажгитесь, как свеча,
И на ветру сгорите,
Но в искренних сердцах
Надежду сохраните!
1990 г.
Всё по местам расставлено судьбою
И всё ж несправедливость мнится нам,
Мы слишком часто заняты собою,
Чтоб иногда смотреть по сторонам.
По вечерам мы любим обобщенья,
Свой "монастырь" и свято чтим "устав",
И изымаем вдруг из обращенья
Всё пережитое чуть-чуть сильнее став.
Не дорожим ни, словом и ни делом,
Чужие беды – чаще нипочём,
Но чересчур чувствительны к потерям,
В которых сами, будто, ни при чём.
А как мы верим в собственные нравы!!!
Они нам – щит! На деле, чаще – меч…
Нас не пугает, если мы не правы,
И даже, если суть не уберечь.
Но лишь, когда увидим с сожаленьем,
Что жизнь уже почти что истекла,
Вдруг обесценятся былые достиженья,
И мы увидим, сколько в нас тепла!
Что столько рук – огромных или слабых -
Готовых просто так творить добро,
Не разделяя мир на правых и неправых,
На тех, кому дано иль не дано.
Нам будет жаль, что многих мы не знали,
Хоть и прожили рядом столько лет,
Прискорбно, что так много потеряли,
Дабы в конце увидеть в жизни свет!
1986 г.
Заведомую повесть тишины,
Исполненную грусти и печали,
Слагает ночь… И звуки не нужны!
Не нужно ни конца и ни начала.
И грубо перечёркнутые дни,
И мысли, заболевшие свободой,
И фонарей бесцельные огни,
И годы, убегающие годы…
Ну не болит с похмелья голова,
Ну не терзает муторная совесть!
Так для чего затёртые слова
И тишины заведомая повесть?
Не нужно всё… Закрытые глаза
Уберегут от муки и тревоги,
А в небе – одинокая Звезда,
«Конечная» в непройденной дороге.
Она со мной. Как радость. Как беда.
Она со мной и днём, и тёмной ночью!
Лишь за окном, журча едва-едва,
Стекает жизнь по трубам водосточным.
…И грубо перечёркнутые дни,
И мысли, заболевшие свободой,
В тугой клубок тоска соединит
И к Богу поведёт, не зная брода.
1990 г.
я – там, где Свет рождает краски,
где звезды охраняют их от бед,
где начинаются и затихают сказки,
где – Богородица и Свет!
я – там! Меня на этом свете – нет…
там нет дождей и лютой стужи,
там нет ярма прошедших лет,
там нет чужих – и там я нужен,
там нет заката – есть рассвет,
я там, где есть на всё ответ!
и участи своей не проклиная,
бреду, не оставляя в грязи след:
всему свой срок – я это знаю.
и он пройдёт. Другого нет.
есть я. И есть Великий Свет!
простите, что меня здесь нет…
Сложивши крылья за спиной,
Мерцанью звёзд внимая,
Грустят два Ангела со мной,
Меня не понимая.
И запросто снимая нимб,
Мне Светлый протянул, вздыхая:
