– Вчера я изучил их маршрут. От самого агентства. Путь немалый: сто три мили. Семьдесят миль по грунтовой дороге и последние три – по частной дороге, которая ведет уже прямо к полигону. Я искал место, где можно остановить машину. Автострада отпадает, вторая часть дороги – тоже. На обоих этих участках постоянно снуют машины, оживленное движение. Частная дорога охраняется день и ночь, стало быть, она тоже отпадает. Остается грунтовая дорога длиной в десять миль, проселок, – он стряхнул пепел с сигареты и глянул прищурясь на сидящих перед ним. – Десять миль. На четвертой миле отходит дорога, ведущая на Десятую автостраду. Движение здесь небольшое, и почти все машины проходят по той ветке проселка, что ближе к ракетному полигону, потому что она почище и на две мили короче. На расстоянии двух-трех миль от ворот ракетного полигона дорога сужается в этакое «бутылочное горло», которое образуют скалы по обе ее стороны. Помимо скал там еще заросли кустарника. Вполне подходящее место для засады или несчастного случая.
Блек кивнул.
– Точно, – сказал он. – Я ехал один раз по этой дороге и чуть сам не гробанулся. Если ты разгонишь машину на повороте, то не успеешь оглянуться, как окажешься в этом самом «бутылочном горле». Там было столько аварий, что теперь даже знак повесили.
– Верно, – подхватил Морган. – Итак, – продолжал он, – представьте себе этих двух парней в бронемашине. При такой погоде в кабине чертовски жарко. Они едут по одному и тому же маршруту чуть ли не в сотый раз… Духотища… Все это им порядком поднадоело, и они расслабились. На повороте к «бутылочному горлу» они видят машину, разбившуюся о скалу и скатившуюся с дороги. Посреди дороги лежит женщина, вся в крови – видно, ее порядком стукнуло.
Он наклонился вперед и уставился на Блека.
– Как ты думаешь, что станут делать эти двое в кабине: проедут дальше или остановятся, чтобы узнать, нельзя ли ей помочь?
Блек ухмыльнулся и взглянул на Китсона.
– Слышишь, умник? По-твоему, это фантазия? – спросил он.
– Так что же они станут делать? – повторил Морган.
Китсон покраснел и заерзал на стуле, а Блек уверенно сказал:
– Они остановятся. Я думаю, один из них выйдет из кабины, а другой… другой вызовет помощь по радио. Это – если они уж такие бдительные, как уверяет Китсон.
Морган взглянул на Китсона:
– Ну, а ты что скажешь?
Китсон помедлил, потом недовольно пожал плечами и сказал:
– Я считаю, Эд прав. Дирксон выйдет из кабины, а Томас останется на месте. Дирксон посмотрит, что с этой женщиной, уберет ее с проезжей части и вернется к бронемашине. Они вызовут по радио скорую помощь, а сами поедут дальше.
– Верно. Я думаю точно так же, – сказал Морган.
Он не потрудился спросить, что думает Джипо, ведь тот редко высказывал мнение, к которому стоило прислушиваться. Разумеется, если речь не шла о том, как взломать сейф или открыть замок с секретом.
– Итак, мы имеем следующую ситуацию, – продолжал Морган: – Один вышел из машины, другой остался в кабине. А теперь, скажи, – обратился он к Китсону, – снимет ли водитель заданное время и опустит ли стальные шторы в подобной обстановке?
Китсон вынул из кармана платок и вытер лицо.
– Наверное, нет, – ответил он мрачно.
Морган перевел взгляд на Блека.
– А ты что думаешь?
– Конечно, нет, – решительно ответил Блек. – Ведь Кит-сон говорил, что если снимешь заданное время, то потом придется вызывать специалиста. Значит, они сделали бы это только в случае прямой опасности. А шторы он не стал бы опускать потому, что ему интересно увидеть, что делает его приятель и что там случилось с этой женщиной.
Морган кивнул.
– Вот мы и добрались до сути дела. Бронемашина остановилась, а кнопки не нажаты, – он показал пальцем на Китсона. – Ситуация, которую ты считал невозможной. Ты говорил, что это дурацкая болтовня, идиотская фантазия. А что ты теперь скажешь?
– И что это тебе даст? – спросил Китсон сердито. – Предположим, я ошибся, радуйся. А дальше что?
Морган пустил тоненькую струйку дыма к потолку. Он явно торжествовал.
– Неплохо я отработал все детали, – сказал он. – И остановил машину, и заставил охранника выйти. Теперь давайте представим себе это «бутылочное горло», где мы остановим бронемашину. По обеим сторонам дороги растет кустарник, где могут спрятаться двое или трое. Охранник выходит из кабины и направляется к женщине, лежащей на дороге. И, конечно, в такую жару эти двое не будут ехать при закрытых окнах. Может, ты, Китсон, думаешь, что шофер все-таки опустит шторы, когда охранник выйдет из кабины?
Китсон помедлил, потом отрицательно покачал головой.
– Вряд ли.
