Смысла фразы Виллем не понял, но Бо явно говорил не о времени до следующего сета.
Виллем вернулся в дом и провел в туалете несколько минут. Сделав свои дела, взглянул на экран телефона, полистал новости. Беспорядки в Туабе и окрестностях продолжаются. Работа на руднике Снеуберг полностью прекращена. Почту и сообщения Виллем даже не стал просматривать; еще накануне он отметил во всех соцсетях, что он в безопасности. Выглянул в окно — в сторону трейлера, где поселили Амелию, — и заметил, что она на посту.
— Как видно, Индия решила показать зубы, — снова заговорил Бо, когда Виллем вернулся и присел на складной стульчик рядом.
— Просто рычит и скалится? — спросил Виллем. — Или что-то серьезное?
— Вы предлагаете мне прочесть мысли наших добрых друзей к югу от великих гор, — мягко упрекнул его Бо. — Это, знаете ли, нелегко! Однако они сделали любопытный намек.
— Какой же?
— Начали использовать в своих публичных заявлениях неслыханное прежде выражение. «Климатическое миротворчество».
Виллем повертел в голове эти слова. В самом деле, интересно!
— И что вы думаете об этом выражении, Бо?
— Мне оно нравится. Весьма… емкое. Вроде бы не означает ничего — и в то же время очень многое.
— Слишком многое, на мой взгляд, — ответил Виллем. — «Миротворчеством» можно оправдать почти все что угодно. «Миротворческое вмешательство» — слишком часто эвфемизм для диверсии или войны.
Бо поднял брови, словно пораженный какой-то новой мыслью.
— А знаете что? Может быть, это выражение стоит использовать и Нидерландам? Как стране, особенно страдающей от подъема уровня моря. — Он сделал глоток чая из термоса. — Даже не Нидерландам, а Нижнемиру — или как это у вас теперь называется.
— Благодарю за совет. Думаете, поможет создать политическое прикрытие для того, что вы здесь делаете?
— Помочь не поможет, но точно не повредит.
— Рад бы вам посодействовать, но нечем. Я с недавних пор на пенсии.
— Да уж вижу! — Бо обвел широким жестом все окружающее. — И что за прекрасное место вы выбрали для отдыха! Гарантия полной безопасности… ни с чем не сравнимая культура и досуг… и всего каких-нибудь восемь тысяч миль от вашего мужа!
— Мне нужно было отвлечься. Проветрить голову. И мне предложили поехать сюда.
— Предложили… кто же? Бывшее начальство?
Виллем не стал клевать на эту наживку.
— И как теперь ваша голова? Проветрилась?
— Вчера я вместе с целой толпой скидывал вертолет с крыши больницы. Это, знаете ли, прочищает мозги.
— Да, я видел. Впечатляющее было зрелище. И поучительное.
— В каком смысле поучительное?
— Разногласия между Китаем и Индией всем известны, но есть вещи, в которых мы можем друг с другом согласиться. Например, в том, как нам всем необходим мир.
— Да неужели?! — не удержался от восклицания Виллем.
Бо значительно кивнул.
— И давно Китай выступает за мир во всем мире?
— Уже много лет только об этом и заботимся, — невозмутимо сообщил Бо.
— Значит, тоже хотите поиграть в «климатическое миротворчество»?
— Знаете, мы исповедуем более холистический подход. Глобальное потепление — только часть общей картины. Когда мы видим, как взлетают на воздух отели, толпа врачей вместе с мужчинами в котеках сбрасывают с крыши больницы вертолет и в результате жизненно важный для нашей экономики горнорудный комплекс прекращает работу на неопределенное время, — все это заставляет нас задаваться нелегкими вопросами о том, насколько наши индонезийские друзья контролируют ситуацию.
— Черт возьми!..
— От местных активистов — таких как сестра Катерина, ваша родственница Беатрикс и им подобные — до нас доходят ужасающие известия о том, как ведут себя с местным населением иностранцы, оккупировавшие эту страну.
— Индонезийцы. Они, кстати, иностранцами себя не считают. Это ведь часть Индонезии.
— Несомненно, — отмахнулся Бо. — Но ситуация определенно вышла из-под контроля. Цены на медь взлетели, а это угрожает нашим экономическим интересам. Мало того: возможна угроза поставкам угля и железной руды из Австралии. В прежние времена мы могли надеяться на вмешательство Соединенных Штатов или Великобритании. Но те времена позади — думаю, тут вы со мной согласитесь.
— Боюсь, все это выходит за пределы моей компетенции.
— Ну почему же? И бывшая королева Нидерландов, и доктор Шмидт, и сестра Катерина — все считают вас человеком знающим и проницательным. Человеком, которого полезно иметь на своей стороне.
— Вы ее прочите в правительницы независимого Папуа?
— Сестру Катерину?
— Да.
— А вы можете предложить кого-то другого? Более квалифицированного? Более заслуживающего доверия?
— Нет, но я здесь пока никого и не знаю.
— Может быть, вашего дядюшку Эда?
— Он китаец. А здесь нужен этнический папуас.
Бо кивнул.
— Вот и я так думаю. К тому же католическая монахиня. Их здесь уважают все.
— И когда вы собираетесь сделать… то, что намереваетесь?
— Что за вопрос! — закатил глаза Бо. — Я человек маленький, мне подобную информацию не сообщают.
— Разумеется. Но вы ведь здесь не по долгу службы. Чтобы это понять, достаточно посмотреть, как вы одеты.
Бо окинул взглядом свой костюм, и на лице у него отразилась легкая обида.
