— Ничего. Меч исчез. Ну и пусть, нам он не нужен, а ты и без того разделался с Мелием, когда дал ему это злосчастное оружие. Митра свидетель, невелика потеря.
— Откуда мне было знать, что этот злосчастный клинок завладеет его рассудком? – воскликнул Албанус. Он старался не подавать виду, но руки его дрожали, и он был вынужден вцепиться в пояс халата.
— Меч необходимо вернуть, – продолжил он, немного успокоившись. – Если сегодняшний случай повторится и еще кто-нибудь сойдет с ума с таким клинком в руке, то Гариан поймет, что в Немедии вновь появились колдуны. Несмотря на все свое недоверие к магии, ради защиты он вполне может решиться вновь приблизить некромантов ко двору. Неужели вы думаете, что я позволю кому-то столь грубо нарушить мои планы?
— Наши планы, – мягко напомнил Деметрио, не отнимая платка от носа.
Албанус чуть заметно усмехнулся, изогнув тонкие губы.
— Наши планы, – согласно повторил он. Но затем всякие признаки слабости покинули его голос. – Ты приказал допросить стражников, Вегенций? Ведь это они убили лорда Мелия.
Вегенций коротко кивнул.
— Всех, кроме сержанта, который исчез из казарм, когда туда явились мои Золотые Леопарды. Держу пари, что он был в чем-то виноват. Наверняка ему что-нибудь известно.
— Конечно, известно, – пробормотал Деметрио, – о тех способах, которыми ты выбиваешь правду из арестованных.
— А что, если это он взял меч? – предположил Албанус. – Что сказали остальные на допросе?
— Почти ничего, – вздохнул Вегенций. – Только молили о милосердии... Они знают лишь, что им приказали остановить безумца, который убивал людей в торговом квартале. Когда они пришли туда, он сражался с каким-то варваром-северянином... Они убили его, а когда обнаружили, что прикончили вельможу, то так перепугались, что и думать забыли про меч. Они даже не догадались арестовать варвара.
— Так он жив? – изумился Албанус. – Должно быть, превосходный фехтовальщик.
Вегенций презрительно расхохотался.
— Да Мелий был не способен отличить острие меча от рукояти...
— Этот клинок заключает в себе собственное искусство, – пояснил Албанус. – Чтобы изготовить его, убили шестерых превосходных мастеров и в их крови закалили клинок; их кости сожгли, чтобы раскалить его... Так что сталь впитала самую душу их искусства.
— Колоть да рубить – вот и все, на что способен наш Вегенций, – голос Деметрио сочился насмешкой. – Что же касается искусства... – Его собственный клинок вылетел из ножен. Слегка согнув колени, Деметрио словно в танце прошел по яркому плетеному ковру, выписывая в воздухе клинком разнообразные замысловатые фигуры.
— Может, все эти причуды и хороши для поединков до первой крови, которые ведут между собой вельможи, – презрительно хмыкнул Вегенций. – Но для настоящего боя, когда твоя жизнь может зависеть от этого клинка, они не годятся.
— Довольно! – рявкнул Албанус. – Вы оба – довольно!
Он прерывисто вздохнул. Когда-нибудь для забавы он заставит их сражаться между собой, а затем победителя посадит на кол. Но сейчас время для таких развлечений еще не пришло. Тридцать лет он готовился к этому. Слишком много времени, слишком много усилий, слишком много постыдного страха, чтобы позволить теперь двоим глупцам все разрушить... – Должно быть, это варвар забрал меч. Найдите его. Найдите клинок!
— Я уже сделал все необходимое, – с самодовольным видом заявил широколицый воин. – Я известил Тареса. Его ночные крысы вышли на охоту.
— Вот и славно. – Албанус с сухим шелестом потер ладони. – А ты, Деметрио, что сделал ты, дабы отыскать меч?
— Задал десять тысяч вопросов, – устало ответствовал худощавый вельможа. – Начиная от улицы Вздохов и до дома Тысячи Орхидей... никаких новостей. Если бы Вегенцию раньше пришло в голову рассказать мне про этого варвара, то было бы куда проще.
Со снисходительной улыбкой Вегенций принялся рассматривать свои ногти.
— Никому бы и в голову не пришло искать тебя в доме Тысячи Орхидей... Там ведь клиентам предлагают только женщин.
Деметрио бросил свой клинок в ножны с такой силой, будто вонзал его в сердце врага. Однако прежде чем он успел открыть рот, заговорил Албанус:
— Довольно этих мелких дрязг. Отыщите меч. Украдите его. Купите... Мне все равно – только найдите! И не привлекайте к себе излишнего внимания.
— А что если вор уже обнаружил, какими свойствами наделен клинок? – поинтересовался Деметрио.
— Тогда убейте его, – невозмутимо отозвался Албанус. – Или ее... – И он развернулся, чтобы уйти.
— И еще кое-что, – задержал его Вегенций. – Тарес хотел бы встретиться с тобой.
Албанус развернулся и сузившимися глазами уставился на командира Золотых Леопардов.
— Что себе позволяет это отребье? Да ему следует мостовую лизать, из благодарности за все то золото, что он получил.
— Он боится, – пояснил Вегенций. – И он, и те немногие, которые знают о наших замыслах. Я способен их приструнить, но даже золото не придаст им мужества, пока они не встретятся с тобой лицом к лицу и ты не скажешь им сам, что все пройдет благополучно.
