Тут наконец-то мысль, которая все это время кружила над головой позволила себя схватить за хвост. Омерзительная догадка пронзила мозг. Ее дедушка, любимый и дорогой ей человек, был убит родным сыном! И уже не имело значения, нарочно он это сделал или все дело случая… Васю передернуло, на секунду она пожалела, что Славик уже мертв и его нельзя прикончить второй раз.
— Я поняла! — неожиданно громко воскликнула она и всплеснула руками. — Это Черных его надоумил! И таблетки поддельные он Славе подсунул. У Черных же доступ есть ко всем Тамаркиным товарам. Наплел Славе с три короба, вот Слава и поверил! Мне кажется, что сам Слава не хотел убивать отца и ничего не знал о фальшивом гипераноле.
— Не говори ерунды! Зачем Роме убивать своего друга?
— Из-за болот. Разве не понятно? Дед не хотел продавать эти проклятые болота. А Слава бы продал за три рубля. Никто же не знал о завещании…
Захаров недоверчиво посмотрел на Васю.
— Допустим. Но, все равно это не объясняет, зачет Роме смерть Славы, да еще таким жутким способом.
— Михаил Петрович, это же очевидно! Слава, каким-то образом догадался о фальшивых таблетках и принялся шантажировать Черных! Тот его и тюкнул, да так, чтобы подозрение пало на меня.
Проворчав себе под нос что-то неразборчивое, Захаров посмотрел на девушку и только он собрался выразить свое отношение к Васиной гипотезе, как калитка в воротах неслышно отворилась и Черных, полностью одетый, направился к машине.
Вася вжалась в сиденье, стараясь сделаться, как можно незаметнее. Захаров резко провернул ручку на своей дверке, вышел из машины навстречу председателю, загораживая собой девушку.
— Ты чего, старый черт, народ баламутишь посреди ночи? — недовольно спросил Черных, прикуривая сигарету.
— Так рассвет уже. Отличное время, чтобы кое-что прояснить, — ответил Захаров и сделал широкий шаг влево.
Василиса неподвижно замерла на сиденье.
— Так ты не один? Я думал, бессонница — вещь не заразная, — после секундного замешательства, протянул председатель, медленно выпуская сигаретный дым тонкой струйкой.
— Разговор у нас к тебе, Сергеич, — сказал Захаров. — Садись в машину, разговор длинный предстоит.
Василиса перебралась на тесное заднее сиденье, освобождая место для председателя. Мужчины уселись в машину, одновременно захлопывая дверцы. Девушка оказалась заперта на заднем сиденье двухдверной Нивы.
— Ну, о чем разговаривать хотите? — поинтересовался Черных, глядя на Захарова.
— Вася утверждает, что ты хочешь ее убить, как ты уже это сделал со Славой, — без долгих предисловий выложил Захаров, — Ах, чуть не забыл, и Прохора тоже ты кончил. Чего скажешь?
— Белены объелись? — Черных приподняв брови, возмущенно переводил взгляд с Васи на Захарова. — Вы хоть понимаете, что болтаете? Ладно, она — чужая, — он кивнул головой в сторону Васи, — но ты то, Миша! Очень обидно слышать такие слова от друга.
— Согласен. Но и ты пойми. Славу убили? Убили! И Василису кто-то хотел убить. Надо разобраться. Ей кажется, что это ты к ней приходил вчера вечером.
— Что значит, кажется?! Я уверена! — не сдержавшись, громко заявила Василиса. Тут же осеклась. И куда только подевалась осторожность? Не иначе, как угарный газ в крови гуляет, подумала она про себя, и притихла.
— Я легко могу опровергнуть ваши небылицы. Вчера весь вечер я провел со своей женой дома. Миша, иди за мной. Сам спросишь у Тамары, где я был. Очень надеюсь, что ты все еще мне доверяешь, несмотря на больное воображение этой девчонки, — угрюмо процедил Черных и, не слушая возражений, вышел из машины.
Захаров поспешил за ним, цыкнув на девушку, когда она попробовала увязаться следом. Вася, забыв про испуг, с недоумением проводила мужчин взглядом через грязное стекло автомобиля. Калитка, на хорошо смазанных шарнирах, без единого скрипа захлопнулась, скрывая силуэты мужчин. Конечно же, она не надеялась, что Черных одумается и в раскаянии станет рвать на себе волосы, но такая наглая ложь вогнала ее в легкий ступор.
Не успела она сообразить, что ей дальше делать, как показался Захаров. Деревянной походкой он медленно вышел со двора, в шаге от него следовал Черных. И только когда доктор направился обходить ниву, Вася увидела направленный ему в спину обрез. Захаров неуклюже протиснулся за руль. Черных же, держа под прицелом своего приятеля, уселся на пассажирское сиденье.
— Вот и разговаривать не к чему. Будете делать, что я скажу, может, даже и живы останетесь, — Черных с силой ткнул стволом в бок Захарову. — Езжай на старые конюшни. А ты, дуреха неугомонная, сиди тихо, как мышка, если раньше времени не хочешь еще раз испытать судьбу. Мне подумать надо, что с вами делать теперь после вашего рейда. Ишь, вздумали из себя охотников за головами строить, кулемы бестолковые…
