Изотова вплыла в комнату в белом полотенце, капельки воды соблазнительно бежали по её плечам, когда она нагнулась к мужчине за поцелуем. Понимая, что сейчас всё опять сведётся к сексу, а хочется поехать домой, а не оставаться в чужой квартире, Саша сдвинул девушку с себя и ушёл в душ.
-Кира звонила, - сказала Лера, когда он появился в гостиной в полотенце вокруг бёдер.
Воропаев взял протянутый ему телефон.
-Сашка, - ответила ему сестра сквозь громкие раскаты музыки, - Сашка, а мы тут веселимся! Такой кла..классный вечер!
Стало понятно, что Кира пьяна. Хоть и, он надеялся по голосу, не сильно.
-Где ты? Кто мы?
-Мы там, где весело и нет тебя.
Кира расхохоталась и отключилась. Но Воропаев успел услышать на том конце трубки Юлианино пьяное “хватит разговаривать с этим козлом!”
По пути домой Александр думал о двух женщинах. Ни одной из них не была Валерия Изотова.
Егор был отличным собеседником. По пути домой он рассказал Кате о прошедшей тренировке, о любимых пирожках с ветчиной и сыром (два были спрятаны у него в рюкзаке), о попугае Жорике (Пушкарёва не могла не смеяться, слишком сильны были ассоциации с начальником отдела кадров её фирмы, так и виделось, как пернатый, расхаживая по клетке кричит: “Ошеломиссимо!”), о таблице умножения на семь и о своей однокласснице Алёне Селезнёвой. Главное - он совершенно отвлёк Катю от мыслей об Андрее и Романе. И только когда Машин сын уже собирался распрощаться и зайти в подъезд, он вдруг спросил:
-Катя, а правда, что у тебя скоро свадьба?
Она опешила.
-Какая ещё свадьба, Егор?
-Такая же, как у мамы с Федей. Мне мама сказала, что свадьбы будет две. Я никогда не был на свадьбах, там круто?
-Я сама была всего на двух, да и то в детстве. Так что вместе посмотрим.
-А малыш у тебя будет? Я сказал маме, что хочу братика или сестрёнку. Ещё, конечно, хочу второго попугая для Жорика в друзья, а ещё собаку, но мама говорит…
Закончить ребёнку не удалось, подъездная дверь открылась и вышел мужчина в спортивном костюме.
-Деда, это Катя, - сразу затараторил Егор, ухватив вышедшего за руку, - она мамина начальница. И у неё в “Зималетто” свой большой кабинет. Там знаешь какое крутое красное кресло! Когда нас недавно на карантин закрывали, я там валялся! И ещё у неё свадьба скоро. И она таблицу умножения знаешь как круто знает? Лучше тебя, и бабушки, и мамы, и даже лучше Ирины Алексеевны.
Бедная Ирина Алексеевна, учительница Егора, тучная женщина советской закалки с большим неизменным пучком на затылке, такому сравнению бы не обрадовалась, но Катю этот вечерний диалог с мальчишкой наполнял счастьем. Она будто что-то живое и новое впустила в свою жизнь - волну эмоций от ребёнка. Диалог уже шёл на троих, они сели на лавочку у подъезда, и Машин отец начал расспросы про компанию, благодарил за повышение дочери, мол, ресепшн - проходной двор, а личный секретарь президента - это солидно, тоже как-то упомянул Жорика, в общем, Катю к себе расположил. Они проболтали ещё минут пятнадцатьцать и распрощались только тогда, когда Егорка начал широко зевать.
Стоило внуку и деду скрылись в подъезде, Катя отправила смску Тропинкиной и только потом, оттягивая время, вызвала такси, назвав адрес “Лиссабона”.
-Ну и? - начал Андрей, когда они остались с Малиновским вдвоём.
-Что? - Роман листал винную карту.
-Можем посидеть, помолчать, разойтись.
-А твоя Катенька разве этого хочет?
-А разве ты этого хочешь? - Жданов перебил вопрос вопросом.
К ним подошёл официант, Малиновский долго беседовал с ним, будто ни в чём ни бывало. Понимал, что Андрея эта игра бесит. Наконец юноша с бейджиком “Игорь”, повторив заказ Ромки и дождавшись его кивка, удалился.
-Катя правильный вопрос задала. Ты не веришь мне? - Жданов шёл с козырей.
-Ага, первый ход Е2-Е4, - хохмил Малиновский. -Верю в чём?
-Что я её люблю.
-А нас никто не любит, кроме уголовного розыска, да и тот нас, как помнится, не любит. Хотя после сегодняшней ночки… - Роман замолчал, а продолжал уже чуть серьёзнее. - В общем, Жданов, давай начистоту: просто я это уже всё видел. Она улетела в Египет, ты пару недель пострадал и вернулся к Кире. С разбитой мордой и знатно опустошённым запасом в баре. Она вернулась в компанию, ты назвал её какой-то чужой и был с Кирой. Помнится, даже Женсовет гудел, что у вас мир и любовь. Она осталась в Москве, ты привёз из Киева Наденьку.
-Да не было у меня ничего с Надей, сколько можно-то!
-Хорошо, с Надей не было, а с кем было?
-Ни с кем не было, Малиновский! Я сто раз тебе говорил, что после той ночи с Катей никого у меня не было! Ты вообще слушал меня или только о своём месте в компании пёкся?
-Ах вот как мы заговорили! Ну-ка вспомни наш разговор на производственном в день триумфального возвращения Пушкарёвой. Не ты ли сам мне говорил, что тебя интересует только место в компании и триумфальное возвращение, но уже родительской компании в топ российского модного рынка?
