Цирил Космач (1910–1980) — один из выдающихся прозаиков современной Югославии. Творчество писателя связано с судьбой его родины, Словении. Роман «Весенний день» — своеобразная семейная хроника времен второй мировой войны, события этой тяжелой поры перемежаются воспоминаниями рассказчика.
У югославов есть одна прекрасная пословица. О человеке очень любимом и почитаемом, о хорошей книге или удивительном предмете искусства часто говорят, что их «держат, как каплю воды на ладони». Пусть капля невелика, зато как она дорога жаждущему в знойный день. И все-таки прежде, чем ее выпить, он полюбуется игрой солнечных лучей в чистой и прозрачной ее сути.
С такой каплей хочется сравнить небольшое по объему, но очень значительное для культуры югославских народов творческое наследие словенского писателя Цирила Космача (1910–1980). Подобно капле воды, написанное им отражает исторические судьбы Югославии, отражает то, что волновало и продолжает волновать европейскую интеллигенцию. Космач принадлежит к тем писателям, которых критика недаром называет сыновьями своего времени. Гуманистическая направленность произведений словенского прозаика, его пронзительная чуткость к любому страданию, столь же пронзительная нетерпимость к вражде и насилию, лиризм в сочетании со стремлением к строгому следованию правде жизни, грустный юмор, иногда скепсис, тоска и сменяющая ее вера в конечную победу добрых сил — все это выражено в лаконичных, строгих формах, которые привнесла с собой литература второй половины XX века.
Участник предвоенного революционного движения, затем партизан, редактор партийных газет и журналов, художественный руководитель первой в Словении профессиональной киностудии «Триглав-фильм», один из ведущих писателей страны, председатель Союза писателей СФРЮ, Цирил Космач прошел вместе с другими югославскими литераторами нелегкий и непростой путь самостоятельного социалистического развития национальной культуры.
Талант писателя сразу обнаружил черты зрелости. Первое книжное издание новелл Космача, написанных еще в предвоенные годы, появилось в 1946 году. А в конце 60-х — начале 70-х два его произведения — роман «Баллада о трубе и облаке» и новелла «Тантадруй» (автор объединил их в издании 1964 года) — вместе с «Травницкой хроникой» и «Мостом на Дрине» Нобелевского лауреата Иво Андрича, «Возвращением Филиппа Натановича» и драматической трилогией о Глембаях Мирослава Крлежи, романами Меши Селимовича положили конец узколокальному характеру югославского искусства. Начался новый период в истории многонациональной литературы, лучшие ее представители органично вписались в процесс развития послевоенной европейской культуры. Последовали переводы Космача сначала на сербскохорватский язык, а потом и на языки зарубежных стран.
В числе первых, несомненно, были русские переводы, хотя наши публикации, к сожалению, порой и запаздывали, так, новелла «Тантадруй» вышла в журнале «Иностранная литература» лишь в 1974 году, после перевода и исполнения ее по радио во Франции, Польше, Голландии, Австрии, Швейцарии, Чехословакии и Венгрии. Зато интерес к Космачу советских переводчиков и издателей оказался стойким и основательным. За журнальными публикациями последовал выпуск «Баллады о трубе и облаке» в «Роман-газете», а в 1976 году — «Избранное», книга в пятнадцатитомной «Библиотеке югославской литературы» из серии публикаций авторов социалистических стран.
Таким образом, Космача без малейшего преувеличения можно назвать писателем, давно и хорошо знакомым советской читающей публике.
Жизнь югославского прозаика и его творчество тесно переплетены, порой почти неотделимы друг от друга.
Цирил Космач родился в 1910 году близ города Горица — старинного центра словенской культуры. Начиная с XVI века словенские земли входили в состав Австрийской империи (позже — Австро-Венгрии). После первой мировой войны в судьбе словенцев произошел еще один поворот. Большая часть словенской территории вошла в новое государство — Королевство сербов, хорватов и словенцев (с 1929 года — Югославию). Область же, где родился и вырос будущий писатель, согласно Рапалльскому договору 1920 года была передана Италии.
Итальянские власти высокомерно презирали маленькую славянскую «провинцию» и стремились навязать ее обитателям свои «цивилизаторские» услуги. Заключались они прежде всего в очередной попытке заставить словенцев забыть родной язык и искусство своего народа. В старших классах гимназий преподавание велось только по-итальянски, изучалась только итальянская литература. Стремление молодежи сохранить хотя бы такие традиционные очаги родной культуры, как читальни и просветительские кружки, строжайше преследовалось. Отношение к «малым» народам как к «подсобному материалу» истории было и частью программы фашизма, к концу двадцатых годов набиравшего силу в Италии. Позже, в годы войны, словенцы, как и другие славяне, испытали на собственном горьком опыте все прелести этой «цивилизаторской миссии».
В победный 1945 год в освобожденном партизанами Загребе только что основанный журнал «Република» поместил великолепную статью Мирослава Крлежи, посвященную задачам новой культуры. Писатель-антифашист нарисовал в ней сатирическую картину вторжения в Юго-Восточную Европу «культуртрегеров» от фашизма: