Карие глаза стали совсем темными. На его лицо набежала тень показного равнодушия и недетской серьезности. И кто меня за язык тянул. Похоже, я обидел его, нечаянно затронув по-настоящему больное место. Мальчик даже не захотел воспользоваться термином «приемные родители». Он сказал «чужие».
- Ты с ними не ладишь? – осторожно спросил я.
- Когда они трезвые, то пытаюсь, - недовольно ответил мальчик. Отвернувшись, он поднял воздушного змея, и я обратил внимание на его руки, которые были покрыты синяками и ссадинами.
- Они тебя бьют? – нахмурился я.
- Меня? Пусть сначала догонят.
Мальчик громко фыркнул, и его лицо немного посветлело. Перехватив мой взгляд, устремленный на синяки, он отрицательно покачал головой.
- Это я сам. Упал с крыши старого сарая.
Мы больше не разговаривали. Следующие несколько минут были полностью посвящены воздушному змею. Я распутал веревку, мальчик поднял змея вверх и отпустил. Ветер, как по заказу, стал сильнее, и змей взмыл высоко в небо. Он парил в воздухе, распустив свой длинный разноцветный хвост. Это было красиво.
Я засмотрелся, а потом перевел взгляд на мальчика и увидел, как на его лице появляется широкая улыбка, отметая прочь равнодушие и серьезность. Он громко рассмеялся, и это был обычный детский смех, веселый и заразительный. Я тоже засмеялся. Мне нравился этот мальчишка. Я хотел, чтобы у меня был такой брат.
- Как тебя зовут? – с улыбкой спросил я.
- Андрей, - обернувшись ко мне, ответил он.
Я проснулся оттого, что меня кто-то звал. В ушах стоял жалобный и в тоже время настойчивый голос. Он был такой тихий, что было невозможно понять, кому он принадлежит, мужчине или женщине. Голос просил меня о помощи. Он повторял: «Помоги!» - снова и снова, и это уже было не в первый раз. Я слышал его несколько последних дней подряд, и это происходило всегда так же, на грани сна и пробуждения.
Я резко повернулся, чувствуя, как меня начинает охватывать знакомое гнетущее чувство. Мне удалось не задеть Андрея, но это было неважно, потому что он все равно проснулся. В этом не было ничего неожиданного. Обычно мне было достаточно пошевелиться, чтобы он открыл глаза и начал искать меня взглядом. Словно внутри него был специальный радар, отслеживающий каждое мое движение.
- Даня?
Он приподнялся на локте и посмотрел на меня. Темные волосы густой пеленой спадали ему на лоб, и это было так знакомо. Совсем как у мальчика из моего сна.
- Еще так рано. Почему ты проснулся?
- Меня сон разбудил.
- Кошмар? – нахмурился Андрей. - И что тебе снилось?
- Снилось, что я пускал воздушного змея. Это было весело.
Я сделал паузу и покосился на него.
- Ты же знаешь, как это? Когда-нибудь пробовал?
- Пускать воздушного змея? Нет.
Он покачал головой, и я почувствовал странное разочарование. Однако уже в следующую секунду на губах Андрея промелькнула улыбка.
- Хотя, может, и пробовал в детстве. Я могу просто не помнить. Это было давно.
Его детство. Я непроизвольно выпрямился, пытаясь сесть на кровати. У меня не было ни малейшего понятия о том, каким было его детство. Я никогда его не спрашивал. Почему?
- Что с тобой, малыш?
Андрей потянулся следом и одним движением вернул меня обратно, заставляя опуститься на подушку. Он навис надо мной, внимательно вглядываясь в мое лицо.
- Мне кажется или ты чем-то расстроен? Это все из-за сна?
- Да ничем я не расстроен. Все в порядке. Не выдумывай.
Я пробовал отмахнуться и закрыть эту тему, но Андрей не дал мне даже отвернуться. Он положил ладонь на мою щеку и начал поглаживать мою кожу кончиками пальцев.
- Я знаю, что тебя беспокоит. Это место давит на тебя. Я же вижу, что с тобой что-то происходит в последнее время. Ты хочешь уйти отсюда?
Мне показалось, что в его взгляде промелькнул холод, и мне это не понравилось.
- Андрей, я же не ребенок, - довольно резко сказал я. - Сам все понимаю и не собираюсь ныть или проситься наружу. Я буду сидеть здесь столько, сколько понадобится.
Я выскользнул из его рук и откатился в сторону, усаживаясь на краю кровати. Как ни странно, но он не стал опять тащить меня назад и лишь удостоил долгим взглядом, прежде чем встать. Блин, а вот это было сделано нарочно! Он был совершенно обнажен и даже не подумал обернуться простыней. На такое было невозможно спокойно смотреть. Я заставил себя отвернуться и для верности даже закрыл глаза.
- Я в душ.
Его голос стал более спокойным и заметно потеплел. Очевидно, он успел заметить мою реакцию.
- Со мной пойдешь?
- Нет, иди один.
Я проводил его взглядом, когда он уже выходил из комнаты. Это ведь он был тем мальчиком в моем сне. Я был в этом уверен, но не знал, каким образом смог проникнуть в его детские воспоминания. А еще я не знал, почему не рассказал ему об этом. Андрей был прав. Со мной что-то происходило.
Я провел здесь уже почти три месяца и действительно не собирался ныть, хоть это и было нелегко. Кроме Андрея, Григория и Инессы, я не видел ни единого живого лица, однако меня беспокоило не только это. Что-то было не так в наших отношениях с Андреем. Что-то очень не так. Если бы я еще знал, что именно.
