Ландорф стал активно крутить головой в поиске того, кто посмел прервать его шоу. Иван Нарышкин никак не отреагировал, он продолжал вскрывать защитный купол.
Впрочем, царь Иван Алексеевич, тоже не стоял без дела. Он со своей стороны поднес руку к поверхности купола, в месте, где начинался разрез, и активировал свой Дар.
Я тут же убедился, что Иван Алексеевич Романов, царь и император всея России действительно мощный маг. Его энергия, проникнув сквозь разрез, созданный Нарышкиным, ударила своего дальнего родственника в грудь. Сила удара была такова, что Нарышкин отлетел от купола метра на три.
Однако, судя по всему, Иван Львович тоже был маг не из последних. Ну или не он, или не только он. Возможно, здесь была задействована сила Ландорфа или еще кого из врагов нынешнего режима.
Так или иначе, но Нарышкин встал и снова направился к куполу. При этом его лицо ничего не выражало. Ни гнева, ни ненависти, ни жажды победы. Ничего. Он просто встал, подошел к куполу, приложил руку к имеющемуся разрезу в магическом поле и нанес ответный удар по царю.
Иван Пятый, по-видимому, не ожидал такой прыти от своего дальнего родственника и не успел прикрыться. Удар магической энергии пришелся ему в правую часть грудной клетки.
Его отбросило от купола, и он, упав на пол, ударился головой, потерял сознание. Дальше произошло сразу несколько событий.
Воспользовавшись тем, что внимание Ландорфа сначала переключилось на поиски предложившего ему не торопиться, а потом на события у купола, я ударил по запирающему нас с Сергеем периметру. Сергей тоже быстро сориентировался и подпитал меня своей энергией.
С противоположной стороны прохода купола ударил Олег и пара офицеров, что были с ним заперты.
Большинство мятежников тоже наблюдали за событиями у купола, поэтому тоже не сразу отреагировали на происходящее.
В результате нам удалось разрушить магические стены своих клеток и с яростью врубиться в превосходящие силы противника.
Стремительность и напор были нашими союзниками, поэтому мы с ходу впятером положили с десяток иллюминатов. Капля в море, конечно, - их было не меньше двухсот, но лиха беда начало.
Тем более что я слышал, как с тыла мятежников атакует кто-то еще. Пока я не видел кто, но действовал он весьма успешно. Часть иллюминатов отвлеклась от нас и пошла на помощь атакованным с тыла.
Барон Морфей Ландорф пытался раздавать команды, но сам к драке не присоединялся. Наоборот, прикрывшись несколькими сторонниками, он старался не упускать из виду Нарышкина.
На мгновение что-то отвлекло внимание Ландорфа от Ивана Львовича. Нарышкин тут же перестал резать магический купол и начал оглядываться. В его взоре появилась, нет не осмысленность, а беспокойство и недоумение. Так, прежде, чем заплакать, начинают беспокоиться младенцы, если у них выпала соска.
Ландорф быстро вернул свое внимание к Нарышкину и тот, как ничем не бывало, продолжил резать магическое поле защитного поля.
Как ни странно, несмотря на то, что царь находился без сознания, магический купол продолжал работать.
Теперь я отчетливо видел силовой поток, который несколькими ветками тянулся от лежащего без сознания царя к четырем артефактам, образующим купол. Да, чтобы даже без сознания удерживать магический купол, надо быть действительно сильным магом.
Все это я заметил, когда вместе с Сергеем прорубался сквозь толпу мятежников на соединение с Олегом.
Наконец, нам удалось соединиться где-то в нескольких метрах от купола. Теперь мы впятером были вместе, но нас отделяло от Ландорфа каких-то три десятка бойцов.
Мы вынуждены были постоянно атаковать и быть как можно ближе к противнику, чтобы не дать им воспользоваться магией. Возникни у кого-нибудь из них такая идея, и он в сутолоке боя обязательно зацепил бы своих.
По этой причине не рисковали пользоваться магией и мы. И именно поэтому пока я пробивался к Олегу, я старался держать между собой и Ландорфом несколько его сторонников.
Теперь же оказался перед дилеммой, помогать тому, то атакует иллюминатов с тыла и потом вместе спасать царя или же пробиваться к куполу.
Принял решение спасать царя. Сейчас, когда мы вместе, у нас появилась возможность применить магию. Оставив одного офицера прикрывать наш тыл, мы вчетвером ударили по тем мятежникам, что отделяли нас от Ландорфа и Нарышкина.
Удар получился сильным. В той или иной степени, были выведены из строя минимум полтора десятка мятежников. Но самое главное — нам удалось привлечь внимание Ландорфа.
Барон, увидев, что мы находимся буквально в нескольких шагах от него, снова отвлекся от Нарышкина и переключился на нас. Я не сомневался, что совместным ударом по барону мы сможем парировать его удар, но вот что будет дальше? Одному богу известно.
Тем более барон, хоть и переключил внимание на нас, однако почему-то не торопился наносить удар.
- Как думаешь, почему он медлит? – спросил я у Олега. Олег, до этого как бы нехотя, одной рукой, отражал атаку сразу двоих мятежников, глянул в сторону Ландорфа:
- Он забирает силу Дара у Нарышкина. Сейчас может зарядить, мало не покажется, - ответил Олег.
