— Завтра! — снова пообещал я.
— И за хлебом не забудь сходить! — напомнила мама. — Это же твоя обязанность.
— Завтра!
На следующий день меня, как назло, вызвали к доске и, конечно, влепили двойку, потому что уроки я так и не выучил. Из-за этой двойки я так расстроился, что снова позабыл сделать всё, что мне велели родители.
Сестрёнка села за уроки, а я снова побежал на улицу, к ребятам. А вечером мне попало. Да ещё как!
На пороге квартиры меня ждал отец. С ремнём…
Мой рёв, наверное, был слышен всем соседям на нашем этаже.
— Я б-больше не буду, — убегая от папиного ремня, ревел я.
— Держи его, — кричал отец, бегая за мной вокруг стола.
— Папа, за что?
— Уроки не учишь, комнату не убираешь, двойки получаешь, — перечислял отец. — Наказание, а не мальчик. Трутень!
Вечером, собирая свой портфель, Наташка сказала:
— Правильно папа назвал тебя трутнем! Тебя прихватили за бока, вот ты и зажужжал!
Я получил двойку. Ну надо же какое невезение — в конце года двойка по математике. Что скажет папа?..
— Двойка?! — прогремел над моей головой папин голос. — Ну ты полюбуйся на этого человека! — сказал он, обращаясь к маме. Он так всегда говорит, когда недоволен мной.
— Что случилось? — спросила мама.
— Конец года, а Семён двойку получил, — пояснил папа.
— Дед Мороз будет очень недоволен, — вздохнула мама. — Интересно, что он скажет, когда придёт с подарками?
Я пошёл в свою комнату и, понурив голову, сел в кресло.
— Эх, — тяжело вздохнул я, — до чего же мне надоело делать уроки. Каждый день одно и тоже. Вот бы всё в жизни было наоборот! Вместо уроков каникулы, вместо работы развлечения. Если бы стать волшебником, то всё в жизни можно было бы поменять местами, сладко зевнув, подумал я. И не успел я поразмышлять над этим, как в тот же миг услышал:
— Сынок, что ты сидишь в духоте? Иди погуляй, — предложила мама, приоткрыв дверь моей комнаты.
— Мам, мне же уроки учить нужно, — растерялся я.
— Да кому они нужны, эти уроки, — махнула рукой мама. — Иди поиграй в снежки, покатайся на горке.
Я вскочил и, пока мама не передумала, стал собираться на улицу.
— А как же обед? Обедать мы будем? — спросил я.
— Нет, — беспечно ответила мама. — Возьми из буфета пряников, печенья.
— Но ты же мне не позволяешь есть сладости вместо обеда, — снова удивился я.
— Ешь то, что вкуснее, — разрешила мама. — А обед не ешь вовсе. Разве суп с вермишелью вкуснее сдобного пряника?
«Вот и отлично!» — обрадовался я, схватил пару пряников и побежал на улицу. Вот так дела! Значит, моё заветное желание исполнилось. Всё стало наоборот. Чудеса!
Целый день мы играли с ребятами в снежки и катались на горке, я даже штаны себе протёр на заднем месте. Вот, думаю, мама ругать меня будет.
— Штаны порвались?! — обрадованно воскликнул папа. — Ерунда. Нашёл о чём горевать! Почему только одна дыра на штанах? Неужели не смог две протереть?
— Ух и проголодался же я! Ужинать будем? — спросил я у мамы.
— Нет, ничего не приготовила, — ответила мама. — Раз ты не любишь суп и котлеты, я решила тебя не мучить. Возьми ещё пряников.
Я пожевал пряник, но есть по-прежнему хотелось. Наверное, я бы сейчас и от супа не отказался. Ну ладно, нет так нет.
Я решил лечь спать пораньше, так как завтра утром нужно было идти в школу, но тут в комнату вошла бабушка:
— Внучок, пошли телевизор смотреть, там сейчас детектив со стрельбой и погонями будут показывать.
— А как же спать? — удивился я.
— Подумаешь, спать, — махнула рукой бабушка. — Как-нибудь в другой раз поспишь.
— Вот здорово! — ликовал я. Ведь раньше мне никогда не разрешали поздно смотреть телевизор.
Лёг спать я уже за полночь, как только фильм закончился.
Утром я еле-еле встал с кровати. Ужас как не выспался.
— Сынок, а может быть, прогуляешь школу? — спросил отец за завтраком. — Пойдём в зоопарк сходим или в цирк.
— Прогулять школу? — ужаснулся я. — Нет, сегодня же контрольная по математике. Мне двойку поставят за прогул. А у меня и так уже есть одна двойка.
— Двойкой больше, двойкой меньше, подумаешь, — пропела бабушка, вытирая посуду.
— Даже лучше, если двоек будет много, — сказала мама. — А то одной двойке одиноко в дневнике. А если их будет много, то им вместе будет весело.
В школу я всё же решил идти. На всякий случай. Тем более что скоро всё равно начинаются каникулы, ещё успею нагуляться.
В школе всё тоже было наоборот. Меня вызвала к доске учительница литературы Марья Ивановна.
— Ну что, Рыжиков, выучил урок? — ласково спросила она.
— Нет, — честно признался я.
— Молодец, пять, — сказала учительница. — И вообще, с сегодняшнего дня мой предмет больше можете не учить.
— А как же вы будете ставить нам оценки? — удивилась Света Федулова.
— А не буду ставить оценки, — сказала Марья Ивановна и озорно улыбнулась. — Даже журнал классный в окно выброшу.
На перемене к нам подбежал директор школы.
— Безобразие! — закричал он. — Почему вы не бегаете? Не прыгаете? Из рогатки не стреляете? Окна не бьёте? По перилам не катаетесь? Безобразие! — возмущался директор. — Немедленно родителей в школу.
— За что родителей? — опешили мы.
