– Тетушка, бегом!!! – буксир по имени Изабелла вылетел из комнаты, где ее поджидали, тревожно уставясь по разным сторонам длинного гулкого коридора, товарищи. И взволнованно притопывающие валенки Греты. При виде их герцогиня Туазо встала как вкопанная, и уже никакая сила не могла снова сдвинуть ее с места.
– Куда теперь? – остановилась перевести дух и принцесса.
Дровосек метнулся было в ту сторону, откуда они пришли, но лестничная клетка как по команде озарилась неровным оранжевым светом факелов.
– Туда! – ткнул де Шене мечом в погруженный во тьму противоположный конец коридора, но не успели они пробежать и пяти метров, как хрупкая тишина за поворотом взорвалась какофонией чужих голосов.
– Кабуча!!! – испуганно взвыл маг, кинулся назад, увлекая за собой остальных – и был встречен торжествующим ревом выскакивающих с лестницы бугней.
– В комнату!!! – проорал шевалье. – Возвращаемся!!!
И экспедиционный корпус в полном составе влетел в так поспешно и так ненадолго покинутую герцогиней тюрьму со всеми удобствами.
Лесли, вбежавший последним, проворно развернулся, захлопнул за собой дверь, вогнал в каменный паз в стене стальной шпингалет и, тяжело дыша, навалился на створку сам. Секундой позже сплошная дубовая доска, выбранная неизвестным, но предусмотрительным строителем на роль двери, содрогнулась под тяжелыми ударами.
– Они ее высадят! – испуганно пискнула герцогиня.
– Обязательно, – кивнул рыцарь со спокойствием взведенного арбалета. – Но не сразу. Она открывается наружу, петли и запор надежные, а это значит, что выбить они ее не смогут. Только сломать. А ломать мореную дубовую доску толщиной в пятнадцать сантиметров непросто даже бугню.
– Одному – да, но там же их не меньше десятка! – нервно воскликнула Грета.
– Но подойти-то к двери за раз может только один – дверь утоплена в толще стены, а проем узкий, – рассеянно сообщил де Шене, оглядывая небольшую комнатушку – едва ли больше укрывавшего их чулана – с сосредоточенным видом генерала перед главным сражением войны. – И брусом ее не выбить – коридор узок тоже. Места для разбега и размаха нет. Строил этот замок не дурак…
– Какая разница – дурак или не дурак?! Выйти-то отсюда мы всё равно не сможем!!! – на грани истерики выкрикнула принцесса в лицо Люсьену, словно это была исключительно его вина. – Мы в ловушке! И протянем ровно столько, сколько продержится эта доска!
– Или пока не подойдет Гавар, раздраженный всем этим стуком и криком, – замогильным голосом добавил чародей.
– Гавар…
Впервые за несколько часов вспомнив, кому они обязаны своим появлением в Веселом лесу, люди притихли. Гавар… Для окончательного завершения всех их бед и злоключений именно его пришествия и не хватало.
– Если бы у нас была веревка, можно было б сбежать. Мы прямо над парадным крыльцом, – грустно проговорила крестьянка, выглядывая наружу из распахнутого окна. – Но веревки у нас нет…
– Простыни! – оживилась Изабелла.
– Деточка, ты не у себя дома, – печально вздохнула ее тетя. – Тут нет даже наматрасника, не то, что простыней.
– Да и сколько их нужно, чтобы с третьего этажа достать хотя бы до первого… – скептически протянул дровосек.
– Меньше, чем ты думаешь, – невольно хмыкнула герцогиня и скосила глаза на скромно потупившуюся племянницу.
– Я тогда была маленькой девочкой, тетя… и весила раз в пять меньше любого из наших рыцарей.
– Тогда… может… может… – глаза крестьянки пытливо оббежали всю комнатку в поисках штор, гобеленов, ковров, балдахинов, или хотя бы платяного шкафа, где могла храниться старая одежда – и остались ни с чем.
Платяной шкаф, конечно, в номере «герцогский люкс» имелся, хоть и использовался сейчас вместе со столом, стульями и кроватью в качестве составляющих баррикады поперек двери. Но кроме трех плечиков на перекладине, пяти полок, килограмма пыли на них и нескольких квадратных метров паутины, он был абсолютно пуст.
– А, может, мой к… кудесник что-нибудь соорудит? – пришла свежая мысль в голову Лесли.
– Он?!..
Уныло притулившиеся у окна валенки радостно подпрыгнули. Вместе с герцогиней Жаклин, ее сердцем и давлением.
Грета скептически хмыкнула, шевалье поджал губы, а отважную еще минуту назад Изабеллу заставила побледнеть одна лишь мысль о том, что спускаться придется по чему-то, вышедшему из-под очумелых ручек их волшебника.
Дверь под натиском снаружи вздрогнула. Раздался тихий треск.
– А что? – с жизнерадостностью трехнедельного утопленника улыбнулся маг. – Хуже-то ведь уже не будет!
– Будет, обязательно будет, – оптимистично заверила всех сомневающихся крестьянка и преподнесла ему палочку.
Но других вариантов, кроме как сразу открыть дверь или дожидаться подхода хозяина замка, всё равно не было, и его премудрию было разрешено послужить на благо общества еще раз.
– Веревка, веревка… – забормотал он торопливо, перетрясая память, заваленную хламом почище чердака скупердяя, на предмет единственного нужного заклинания. – Веревка…
– Или веревочная лестница, – с каменным лицом посоветовал дровосек, словно не слыша беспорядочных остервенелых ударов по старой усталой доске двери.
