Способна строить, способна рушить
и не прельщается на призы.
У Оли муж и, конечно, дети,
и счастья полные закрома.
И Оля больше всего на свете
боится только сойти с ума.
Не пой колыбельных мне, не успокоюсь,
Я в гуще словесной стою по пояс.
И кажимость глючит меня по полной.
Такое не вылечил бы нарколог,
Развел бы руками учёный лекарь,
Поник бы всесильный когда-то знахарь,
Увидев в приемной не человека,
а восклицательных уйму знаков,
бессонных ночей нелюдимый остров,
гарем неугодных султану литер.
Консилиум выдаст предельно просто:
"Диагноз не выявлен. Потерпите".
Упс!
Оголтелой мысли сквозной укус,
Сальводоров ус.
Эй!
Вылезайте тени из всех щелей.
Карнавал теней.
Ха!
Что ещё за странная чепуха?
Что-то крутит мой язычок
ещё…:
Я люблю тебя,
дурачок!
У девочки, молвят, поехала крыша.
Ты сделаешь вид, ничего ты не слышал.
Жить в облаке радужном – это нормально,
В традициях нежности, по Фитцджеральду.
Раскроешь ладонь, где запутанность линий,
И вылетит птичка, и нету в помине
Ни крыши надёжной, ни облака даже.
Тебя не волнует, что кто-нибудь скажет.
Здесь кто-нибудь есть? В темноте и на ощупь
Блуждаю как призрак. Сосновая роща
Не ропщет, волнует призывом весенним.
Услышать твой голос. Спасенье. Спасенье.
Упс!
Оголтелой мысли сквозной укус,
