Но Макс уже не слушал, провалившись в свои мысли. Сравнение, едва не слетевшее с его языка, напомнило ему о другой, возникшей в последние дни, проблеме, решить которую было отнюдь не так просто.
Он заложил Жука директору «Пелло». Идея эта, родившаяся от испуга и казавшаяся в тот момент озарением, теперь представлялась ему все большей глупостью. В тот момент, когда Макс предупредил коллегу о предстоящем визите бандитов, он полагал, что загребает жар чужими руками. Ведь засада будет не в его офисе, так что он и контору свою спасет, и останется вне подозрения. Однако позднее, когда изменить что-либо было уже нельзя, Макс начал находить в своем хитроумном плане бреши, и чем больше находил, тем паршивее становилось у него на душе. В самом деле, не могли же бандиты не провести расследование, не выяснить, кто подготовил им подобный сюрприз. А в то, что руоповцы оказались в «Пелло» в нужное время и в таком количестве случайно, поверить было невозможно. А что, если Жук единственный из своей бригады знал расписание визитов в рекламные фирмы? Тогда он в два счета сообразит, что к чему.
Задумавшись, Макс забыл о сигарете, и комок пепла упал ему на грудь. Он чертыхнулся, бросил окурок в пепельницу и, повернувшись на бок, стал стряхивать пепел на пол.
Рыжая девица продолжала плескаться в ванной. Что она сюда — мыться приехала?
Макс дотянулся до пульта и включил телевизор. Пробежавшись по всем каналам, остановился на каком-то фильме, судя по всему, сериале. Глядя на выясняющих отношения прилизанных американцев, он продолжал обдумывать создавшееся положение.
Что может предпринять Жук, если поймет, кто его подставил?
Вряд ли у него будут реальные доказательства, но этой публике они не очень-то и нужны. Итак, положим, Жук догадается. Делиться своими соображениями с братвой ему не с руки: получится, что он же и есть стукач, предупредивший рекламщиков. Нет, своим он ничего не скажет. Что же он сделает? Кровавая месть в порыве гнева исключается: за два дня он уже поостыл. Вообще какой смысл ему расправляться с другом? Скорее всего, речь пойдет о моральной и материальной компенсации…
— Телефон пищит. — Рыжая дура прервала его размышления, высунув голову из прихожей.
Действительно, трубка надрывалась мерзким фальцетом.
— Слушаю.
— Приветствую. — Голос Жука прозвучал естественно, вот только перлов вроде эпистолярного «приветствую» за бригадиром раньше не водилось, и Макс насторожился.
— Здорово. — Макс произнес это небрежно, как ни в чем не бывало, а сам замер, ожидая продолжения.
— Чего молчишь-то?
— Как — чего молчишь? — Макс усмехнулся. — Ты же мне звонишь, тебе и запевать.
— Да? Ну ладно, запою. Только не по телефону. Знаешь что? Давай сейчас встретимся. Я к тебе подъеду…
— О! У меня не получится, гости у меня. — Макс напрягся, лихорадочно перекручивая извилины в надежде выжать из них верные слова. Встречаться с Жуком он не хотел и рассчитывал хотя бы оттянуть время. — И я вообще сегодня не могу. Я сейчас еду…
— Куда?
Куда он едет? На работу? Не годится, Макс никогда не спешил в контору, если не было переговоров, а если и были, то приезжал с запасом, загодя, так что времени для попутной встречи оставалось всегда много. От напряжения Макс поморщился.
— Тебе чего, плохо? — Завернутая в полотенце рыжая девица вошла в комнату и, взглянув в лицо знакомого, остановилась, неуверенно вытирая шею краем полотенца.
Сама того не ведая, она подала Максу спасительную мысль.
— Да, я к врачу иду! — ответил Макс, едва скрывая радость, что экспромт получился удачным.
— К какому еще врачу? — Жук удивился довольно искренне, хотя тоже актер дай бог…
— Не могу сказать по телефону. — Макс, найдя повод отложить неприятную встречу, почувствовал несказанное облегчение и блаженно откинулся на подушки.
— А в какую поликлинику?
— Да на Шаболовке. — Расслабившись, Макс допустил ошибку.
— Где зубы лечишь?
— Ну да, там.
— Тогда я подъеду. Подожду тебя у выхода.
— Ничего, я подожду. Давай! — Жук бросил трубку.
Макс вдавил кнопку телефона и бросил трубку на диван.
— Случилось чего? — Изобразив на лице участие, девица присела на край кровати.
— Кой-чего случилось! — передразнил ее Макс и встал с кровати. — Собирайся!
Теперь нужно было тащиться в поликлинику. В противном случае можно запросто нарваться на вопрос, почему он, Макс Андросов, избегает встречи со своим закадычным другом Женькой Зыковым. А это усугубило бы положение.
Так что спустя сорок минут Макс уже стоял перед кабинетом докторишки. Не будь мысли его так заняты Жуком, он бы успел удивиться, что визит его не исчерпывается обычной выдачей стопки листочков. Плюгавый эскулап зачем-то пожелал видеть Макса лично, а поскольку в тот момент в кабинете уже находился другой пациент, Макса попросили чуть-чуть подождать. Он не возражал: отсрочка объяснения с преданным другом была кстати.
