В районах Ворошиловградской области немецкие мерзавцы сожгли и разрушили 825 школ и 216 детских домов…
С самого начала блокады в Ленинграде не было столь щедрой продажи продуктов, как сегодня. Объявлено, что по апрельским продовольственным карточкам каждый рабочий может получить в счет норм уже заканчивающегося месяца 400 граммов пшеничной крупы, 200 граммов свиного сала, 300 граммов кондитерских изделий, 300 граммов риса, 400 граммов свежего мяса. Все эти продукты продаются также служащим, иждивенцам и детям, но в меньшем количестве. Дополнительно, сверх месячных норм, всем категориям населения продаются сухие грибы и овощи, сельди, мука. Детям сверх того причитается еще по 200 граммов манной крупы и по 200 граммов грецких орехов.
В извещении отдела торговли исполкома Ленгорсовета по этому поводу сказано: «Грибы сухие, овощи сухие, сельдь, грецкие орехи, мука, манная крупа выдаются за счет продовольствия, поступившего от трудящихся Горьковской и Ярославской областей, Приморского и Красноярского краев. Узбекской ССР, Казахской ССР и других областей и краев».
Это были подарки, присланные ленинградцам к 1 Мая.
Придя с линии обороны, комиссар стал спрашивать меня, как дела, я ему ответил, что оборону заняли, противника пока что не видно. В процессе разговора с ним я заметил, что у тов. Працуна П. М. правый глаз, рот повернулись в противоположную сторону, короче говоря, скрутило человека. После этого я решил пойти в санчасть и вызвать врачей – организовал консилиум. Врачи сделали свой вывод, что немедленно нужно отправить в советский тыл для лечения. Одновременно осмотрели и меня. По мне сделали также заключение, что после ранения дает себе чувствовать, кроме того, признали, что застудился. Я это хорошо знаю, где застудился я и комиссар. Это было 9 апреля при форсировании р. Припять. Посоветовали поставить банки и сделать растирание».
