<p>681‑й день войны</p>3 мая 1943 г. в Мюнхене проводится совещание, где подробно рассматривается план операции «Цитадель», никто из его участников не ставит под сомнение саму возможность и необходимость новой попытки сокрушить Красную Армию. Позднее Гудериан напишет, что только он и министр вооружения и боеприпасов Шпеер имели оговорки к плану. Однако и их возражения не носят характера критики самого плана; нет, Гудериан и Шпеер говорят лишь о трудностях обеспечения армии вооружением, в первую очередь новыми танками.
Все остальные участники совещания – начальник генерального штаба сухопутных войск Цейтцлер, командующие группами армий «Центр» и «Юг» Клюге и Манштейн, командующий 9‑й армией Модель – уверены в победе и связывают с ней далеко идущие планы.
Справа налево: Г. Клюге, В. Модель, Э. Манштейн перед операцией «Цитадель», 1943 г.
Правда, Модель, ссылаясь на «сильные подготовительные мероприятия» советских войск и наличие у них «нового эффективного противотанкового оружия», требует увеличить в своих войсках количество танков и в особенности насытить их новыми типами боевых машин. Кроме того, он считает, что сумеет прорвать оборону советских войск только за шесть дней, а это находится в вопиющем противоречии с основной идеей «Цитадели»: быстрейшим образом совершить прорыв советских позиций и путем окружения уничтожить защитников Курской дуги.
Споры на совещании в этот день разворачиваются о том, когда же начинать операцию. Одни из участников считают, что наступать следует в самые ближайшие сроки, пока советские войска не создали сильную оборону. Другие предлагают атаковать лишь после того, как войска вермахта на Курской дуге будут до предела насыщены техникой, главным образом новыми танками. Поскольку сторонником последней точки зрения является Гитлер, она и возобладает на совещании. Но точный срок начала наступления еще не установлен. Тем не менее, Гитлер заявил: «Неудачи не должно быть!» (к.2).
А. Гитлер у карты
