Жизнь людей больше не может оставаться незапротоколированной, – говорит он.
Мы работаем над тем, чтобы изменить протоколирование жизни, – говорит она. – Вы знаете об этом. Вы тоже над этим работаете. Вот почему вы здесь протоколируете мои слова.
Он качает головой.
Даже если и так, то, что вы делаете, это утопия, – говорит он. – Несбыточная мечта. Вас разгромят в считаные минуты. Это сказка для детей. Волшебная сказка.
Да, – говорит она. – Вы правы. Мы
Она наливает ему еще виски из бутылки в шкафчике грузовика, на полу которого они сидят вдвоем в весенних сумерках.
Эта бутылка была у вас в грузовике в тот день, когда мы сюда приехали? – говорит он.
Единственный напиток на всей площади, – говорит она.
В тот день я бы не отказался, – говорит он.
Ну и денек был, – говорит она. – Обычно к нам так не приходят – ну вот, как вы с нами столкнулись. Мать той девочки. Обычно люди не выбираются обратно, после того как их проглотит система. В тот день вы испытали на себе отклонение от нормы. Но затем порой случается невероятное, вопреки прогнозам, и дверь открывается – на малюсенькую щелочку. Мы помогли группе женщин, на выручку которым пришла та девочка. Бог знает как она это сделала – в смысле, каковы шансы? Они сами и есть шанс. Вот кто они. Ты пытаешься не упустить его. Упущенный шанс – заглубленная жизнь.
Но я не знаю, как этой малышке удалось вызволить свою мать и других женщин оттуда, где они находились. Этого я не понимаю. Главное, я, хоть убей, не пойму, никто из нас не может понять, почему ей показалось уместным привести сюда СА4А. Такая откровенная жертва.
Я решил, что они подруги или родственницы, – говорит он. – Подумал, вы просто по-дружески подвозите людей, как подвозили меня. И… можно спросить?
Валяйте.
Вы так и не знаете, что случилось? – говорит он. – С ребенком и с матерью? Когда я встретился с девочкой, я понятия не имел, что происходит. Я был так поглощен собственной драмой… Но эта девочка, с таким бременем на плечах – бременем собственной истории, и все же… Она остановилась, чтобы помочь мне с моей историей.
Олда качает головой.
Конца этой истории мы не знаем, – говорит она.
В кармане его пиджака – ручка из «Холидей Инн».
Он будет носить ее в карманах всех своих пиджаков и пальто всю оставшуюся жизнь.
Через пять лет, когда он наконец разыщет девочку – Флоренс, ставшую уже девушкой, первым делом он достанет из внутреннего кармана пиджака эту ручку и покажет ей.
Но сперва нужно разобраться с ближайшими перспективами.
К примеру, с этой.
На адрес Ричарда приходит конверт – от поверенного. Внутри – старинная книга, завернутая в папиросную бумагу.
В письме говорится, что книга была отписана Ричарду согласно завещанию покойной Патрисии Хил.
Сборник рассказов Кэтрин Мэнсфилд. Издательство «Констебл», 1948. Синий твердый переплет, золотые буквы выцвели и осыпались на корешке. Послевоенная бумага эпохи пайков – пожелтевшая, тонкая, шершавая на ощупь. На обратной стороне титула – надпись девичьей рукой: Патрисия Хардимен.
Пару недель она просто лежит на столе, и он видит ее ежедневно, проходя мимо.
Как-то после обеда он открывает книгу наугад ближе к началу. Читает прикольный, язвительный рассказ о буржуазии, устраивающей званый ужин. Персонажи карикатурные, уязвимые, поглощенные собой и исполненные самомнения, сами выдумывают для себя истории собственной жизни. Тем временем в саду вовсю цветет груша. Она стоит там, тяжелая от цветов, ошеломляюще прекрасная, и ей нет никакого дела до людей, которые на нее смотрят, любуются ею, просто что-то думают о ней или даже не замечают ее, – нет никакого дела до их реальности и их иллюзий, их побед и поражений, до осведомленности или невежества людей, считающих, что они могут владеть этим деревом.
Какой великолепный рассказ.
Лишь только закрыв книгу и перевернув ее в руках, он впервые замечает надписанные страницы в конце.
Почерк Пэдди.
Он мысленно читает свое имя ее голосом.
Ее старческий почерк. Письмо начинается на третьей странице обложки и растягивается на все шесть с небольшим пустых страниц между обложкой и текстом, вплоть до самой последней страницы последнего рассказа, заключительного слова книги прописными буквами: КОНЕЦ.
Он встает. Наливает себе выпить.
Садится и открывает книгу с конца.
