Весна полностью

он: спиритические сеансы чтобы вступить в контакт с мертвыми вымышленными персонажами?

она: эге знаю

(Смех)

он: и получается? вымышленные персонажи присылают сообщения с вымышленного неба?

она: без понятия

он: как бы ей хотелось чтобы очень захотелось чтобы все это ее рассмешило и она сказала что-нибудь очень философское о человеческой природе а затем вероятно пошла бы и составила список всех персонажей которым ей самой хотелось бы задать вопросы а потом поехала бы туда и задала их ля-ля ей-богу поразительно спиритические сеансы для общения с мертвыми вымышленными персонажами

она: только в горах да? где мы встречаем всех сотней тысяч приветов это наш девиз теплый прием даже для призраков эге даже для призраков воображаемых людей

он: вы очень разносторонний народ

она: согласна

(Смех)

он: красивые запоминающиеся песни полагаю это ваш родной язык?

она: нет ходила в вечернюю школу захотелось выучить язык на котором говорили мои предки двести лет назад а потом им запретили на нем говорить вообще-то это не мертвый язык он живет и здравствует ля-ля не выбрала его в школе потому что пришлось бы слишком много заниматься казался чересчур трудным ля-ля пять лет курсов и теперь я могу на нем петь а это уже кое-что

…ну хотя бы адское пение на стремном языке (Брит никогда в жизни ничего подобного не слышала – даже в Весеннем доме со всеми его языками, а это ужасное чувство, когда не говоришь на языке и при этом не отвечаешь за человека, который на нем говорит, или не стоишь выше его, и он может говорить вообще что угодно, а ты вообще ни хуя не въезжаешь и не имеешь права сказать ему, чтобы заглох, или просто не обращать внимания), слава богу, прекратилось.

Хотя бы песни о том, как твои шаги преследуют тебя, куда бы ты ни шла, и о том, что они в разы больше тебя, закончились.

Наверно, дети, родившиеся в этой стране, наслушавшись в детстве такой вот шняги, остаются потом психованными на всю жизнь.

Ну а если нет, то, наверно, они фантастически приспособлены, когда с ними происходит что-то невероятное.

И хотя бы теперь сама Брит перестала о чем-либо сожалеть.

Ее сильно удивило, как некрасиво она ведет себя с другими, даже не задумываясь об этом, и как она теперь жалеет о том, что некрасиво ведет себя с другими.

Но она единственная в этом фургоне прикрывает Флоренс спину. Хорошо, что здесь Брит. Все остальные даже не обращают внимания – все, кроме Брит. Во время пения Флоренс была словно сжатая пружина, как по-гейски выражается Торк, когда пытается описать напрягшегося чувака. Теперь они говорят о какой-то музыкальной машине из прошлого, но никто из них не заметил, что Флоренс все больше и больше нервничает.

Тем не менее Флоренс говорит о ней приятное, когда мужик рассказывает историю изобретателя этой машины. Флоренс говорит:

Бриттани – тоже изобретательница, у нее очень хорошие идеи, как делать всякие штуки.

Они не слушают и не слышат ее. Но Брит себя слышит.

Вчера ночью в «Холлидей Инн», перед тем как пойти в свой номер, Брит дает Флоренс часть шоколада, купленного для обеих в коридорном автомате, и выясняет, все ли устраивает девочку в ее номере.

Тебе что-нибудь нужно? Хочешь, чтобы я рассказала тебе на ночь сказку? – говорит она.

Брит спрашивает не то в шутку не то всерьез. Ведь так обычно делают, укладывая ребенка спать?

Действуй по программе, близкой к подростковой, Бриттани, – говорит Флоренс.

Много теряешь, – говорит Брит.

Почему? Что же я теряю? – говорит Флоренс.

Я бы рассказала тебе на ночь сказку. Теперь ты уже никогда не узнаешь, какую историю я бы тебе рассказала, – говорит Брит.

Вообще-то у меня есть история для тебя, – говорит Флоренс. – Нет, не совсем история. Скорее, вопрос.

Я слушаю, – говорит Брит.

Что такое беженский шик? – говорит Флоренс.

Не знаю, – говорит Брит. – Это что, вопрос на засыпку?

Нет, – говорит Флоренс. – Я серьезно хочу узнать, что это такое.

Название группы? – говорит Бритт.