— Я говорю о нынешнем положении. Сейчас, когда погода изменилась, опасность увеличилась. Никто из вас не должен приходить сюда, иначе будут неприятности.
Он повернулся и ткнул пальцем в сторону Лейнтала Эй.
— Ты пойдешь со мной. — И он стал спускаться вниз, не попрощавшись. Лейнтал Эй и Датка последовали за ним. На улице он остановился, погладил бороду, посмотрел на окно башни и крикнул:
— Я все еще лорд Эмбруддока, и вам лучше не забывать об этом!
Она слышала его слова, но не подошла к окну. Она осталась там, где стояла — одинокая среди женщин — и сказала достаточно громко, чтобы Аоз Рун мог услышать:
— Лорд грязного свинарника!
И только тогда, когда она услышала звуки удаляющихся шагов, Шей Тал подошла к окну. Она увидела широкую спину лорда, шагающего между двумя молодыми помощниками к северным воротам. За ними бежал Курд — его собака. Она почти физически ощутила его одиночество.
Если бы она стала его женщиной, то, конечно, не потеряла бы свое положение, которое ценила достаточно высоко. Впрочем, об этом поздно думать. Между ними возникла вражда, и пустоголовая кукла заняла место в его теплой постели.
— Вам лучше пойти по домам, — сказала она, глядя прямо на женщин.
Когда они пришли на главную площадь, Аоз Рун приказал Лейнталу Эй держаться подальше от женской академии.
Лейнтал Эй вспыхнул:
— Ты все еще держишься за старое решение, которым ты и совет запретили академию? Я надеялся, что после чуда на Рыбьем озере ты поумнеешь. Зачем тебе выступать против женщин? Они возненавидят тебя. Самое малое, что может сделать академия, это доставить удовольствие женщинам.
— В академии женщины бездельничают. И это нарушает наше единство.
Лейнтал Эй посмотрел на Датку, ища поддержки, но тот смотрел вниз.
— Твое поведение разделяет людей, Аоз Рун. Знание не вредило никому. Нам нужно знание.
— Знание — это медленный ад. Ты еще молод, чтобы понять это. Нам нужна дисциплина. Только благодаря ей мы выжили и выживем. Ты будешь держаться подальше от Шей Тал. Она излучает сверхъестественную силу, приобретает власть над людьми. Те, кто не будет работать в Олдорандо, не будут получать пищу. Так было всегда. Шей Тал и Ври бросили работу в пекарне. Посмотрим, как они будут жить.
— Они будут голодать.
Аоз Рун сдвинул брови и грозно взглянул на Лейнтала Эй.
— Мы все будем голодать, если не будем работать. Эти женщины противопоставили себя всем, и я не потерплю, чтобы ты был с ними. Если будешь еще спорить со мной, то я ударю тебя.
Когда Аоз Рун ушел, Лейнтал Эй схватил Датку за плечо:
— Он становится все хуже. Это его личная борьба с Шей Тал. Что ты думаешь об этом?
Датка покачал головой:
— Я не думаю. Я делаю, что мне говорят.
Лейнтал Эй саркастически посмотрел на друга:
— И что тебе приказали делать сейчас?
— Я иду в долину. Мы убили стунжебага. — Он показал окровавленную руку.
— Я приду немного погодя.
Он пошел вдоль Ворала, рассеянно глядя на плещущихся в воде гусей. Он подумал, что теперь понял точки зрения Аоза Руна и Шей Тал. Чтобы жить, нужно работать вместе, но достаточно ли людям просто жить, просто работать, чтобы прокормить себя? Этот конфликт подавлял его, и он очень хотел уйти из города насовсем. И он ушел бы, если бы Ойра согласилась уйти с ним. Он чувствовал, что слишком молод, чтобы понять, как этот конфликт может разрешиться сам собою. Осмотревшись и убедившись, что его никто не видит, он достал из кармана маленькую игрушечную собачку, подаренную ему много лет назад святым отцом, и, вытянув ее вперед, залаял на гусей.
Но один человек все же слышал эту имитацию лая. Ври видела Лейнтала Эй, но не подошла к нему, так как шла в другую сторону.
Она прошла мимо зоны горячих источников и гейзеров. Водяной пар маленькими жемчужинками покрыл ее мех.
Вода тихо журчала, пробираясь между камнями, как бы стремясь куда-то, неизвестно куда. Ври опустилась на камень и рассеянно опустила руку в источник. Горячая вода пробежала по ее пальцам, ощупала ладонь.
Ври слизнула жидкость с пальцев. Она знала этот сернистый привкус с детства. Дети часто играли тут, бегая по скользким камням и никогда не падая. Они были ловкими, как аранги.
Дети и сейчас играли тут. Более смелые бегали голыми, несмотря на холодный ветер. Они подставляли свои щуплые тела под струи воды, и она стекала по их плечам, животам…
— Сейчас ударит Свистун! — крикнул кто-то из них Ври. — Берегись, а то тебя окатит с ног до головы. — Дети весело рассмеялись, представив себе это.
Ври поспешно отошла прочь. Она подумала, что каким-то образом дети наделены шестым чувством: они точно знают, когда ударит Свистун.
И вот взмыла вверх струя воды — сначала мутная, затем кристально читая. И раздался чистый звук — всегда на одной ноте и всегда точно определенной длительности. Вода поднялась на высоту трех человеческих ростов, прежде чем начала падать. Ветер нагнул водяной столб к западу, и вода обрушилась прямо на камень, где минуту назад сидела Ври.
Свист прекратился, и черные губы земли перестали извергать воду.
