Так или иначе, четвертый день работы приносил плоды. Девушка изучила примерную планировку замка и приблизительно представляла себе, где находится тюремное крыло, в котором держат заключенных, и узнала, где можно поискать хоть какие-то сведения о том, где содержат сейчас магистра Руфуса. Архив, библиотека и кабинет приора располагались на одном этаже. Ключи от самых важных помещений Эсса раздобыла в первый же день, просто стянув связку у зазевавшегося брата-кастеляна. С кабинетом приора было сложнее: ключа от апартаментов Джерольфа Д’Антильи у в этой связке не нашлось. Тут приходилось надеяться на отмычки и на искусство взломщика.
Миновав архив, девушка остановилась у двери кабинета и постучала.
— Уборка, твоя милость! — громко сказала она. — Не прикажешь ли помыть полы и окна?.. Почистить камин?..
Эссе никто не ответил. Девушка подергала дверь: кабинет был заперт.
— Ну, не прикажешь и не надо, сделаю тебе приятное, — прошептала девушка и вытащила из рукава отмычки.
Замок у кабинета был новый, такие едва вошли в моду. Его не нужно было запирать изнутри, достаточно было просто захлопнуть дверь. А если обладатель замка желал, чтобы его совсем не смогли побеспокоить, изнутри можно было нажать особый рычажок, и тогда даже опытному вору с отмычкой пришлось бы изрядно потрудиться.
Эссе повезло. Замок открылся без труда и даже не сломался. Возможно, потом он и будет немого заедать, но сейчас все было в порядке. Девушка подхватила ведро и проскользнула внутрь, прикрыв за собой дверь и оставив небольшую щелочку. Как раз такую, которая позволяла ей слышать, что происходит в коридоре.
Кабинет приора был, пожалуй, самым роскошным из всех помещений, которые Эссе приходилось видеть в Шато-Де-Солиммар. Просторный кабинет приора был буквально заполнен светом. Окна в этом помещении, большие и стрельчатые, разительно отличались от узких бойниц, которые встречались здесь Эссе до сих пор. В промежутках между оконными проемами располагались массивные книжные шкафы красного дерева, забитые книгами, свитками и папками с документами. С потолка, расписанного сценами деяний Пророка, свисала роскошная хрустальная люстра. Почти посередине кабинета на мягком ковре возвышался огромный дубовый стол, накрытый ворохом бумаг. На столе, прямо поверх документов, властно прижимая их, чтобы не разлетелись, стоял письменный прибор из благородного гематита — чернильница и подставка для перьев. За столом располагалось мягкое кожаное кресло с высокой спинкой, предназначавшееся, наверное, для владельца кабинета, а перед столом, немного в отдалении, — деревянное, жесткое и неудобное, — для посетителей.
Но что действительно поражало воображение, так это камин. Он был поистине огромным. На противоположных концах каминной полки стояли традиционные бронзовые фигуры Пророка и Единого, как их изображали в большинстве храмов. Пророк Риквард, претерпевший мученичество и до конца не верящий в свое вознесение, опираясь на меч, делает первый неуверенный шаг навстречу Единому. Сам же Творец в развевающихся одеждах разводит руки в стороны, готовясь принять в своих чертогах друга, который столько пережил по его воле и ради его славы.
Сам камин закрывала ширма, расписанная сценой первого сражения Пророка Рикварда и Семерых Верных с магами Древней империи, которое и положило начало тем событиям, которые теперь принято называть Войной Пророка.
— Если это тот самый аскетизм, который провозглашает Орден для своих братьев, то как, интересно, надо называть условия, в которых живет Андри?
Девушка спрятала ведро за портьеру и осмотрелась. Эсса осторожно прошла вдоль книжных шкафов, пытаясь найти нужную папку, потом приблизилась к столу и начала аккуратно перебирать документы, ни на секунду не забывая прислушиваться к тому, что происходит в коридоре.
— Интересно, в голове у тебя такой же беспорядок, как на столе, приор Джерольф Д’Антильи? — прошептала Эсса, пробегая глазами очередной документ. — А что насчет твоего приората?
Внезапно девушка вздрогнула и выпрямилась: в коридоре послышались шаги. Эсса метнулась к двери, осторожно закрывая ее, пока не почувствовала щелчок замка. Замерев на несколько мгновений, как испуганная олениха, услышавшая охотников и ищущая спасения, девушка решительно юркнула в камин.
Как только Эсса успела задвинуть за собой ширму, в замке повернулся ключ, дверь распахнулась и в кабинет вошли двое. Одного из них, высокого и статного мужчину лет сорока, с темными волнистыми волосами до плеч, породистым аристократическим лицом и темно-карими глазами, Эсса уже видела раньше. Это был приор Вечного Ордена в Трезеньеле, брат Джерольф Д’Антильи. Второму было около пятидесяти, его седые волосы были коротко острижены, а орлиный профиль и стальные серые глаза выдавали в нем астеллийца. «Посланец из Калагурриса», — подумала девушка, внимательно прислушиваясь и изо всех сил стараясь не выдать себя даже дыханием, — «Интересно, зачем приехал».
