– Артис Эльдстил! Среди вас есть такой?! – Артис сделал шаг вперед. Да, выглядел он жалко – потрёпанная жизнью форма, слипшиеся, сальные волосы, вонь… Но юноша изо всех сил старался не посрамить честь рода, о котором и узнал-то всего несколько месяцев назад. – Хорошо, стойте на месте. Все остальные – за господином Друлем, шагом…!
Пленные разом встрепенулись и побрели за означенным господином, коим оказался старый павлин. Они вышли на хорошо просматриваемую дорогу, погрузились в уже наполовину груженые чем-то телеги и отбыли вместе с десятком сопровождающей конвой охраны. Артис же остался с сотником один на один, если не считать той немногочисленной стражи, что осталась у тюрьмы – со своего места юноша видел чутко несущего службу арбалетчика не небольшой башенке, и дремлющего, привалившись спиною к стене, привратника.
– Вы, сэр Эльдстил, зла на нас не держите. Если есть жалобы какие – выслушаем, пока дилижанс ваш не прибыл, да меры примем. – Артис, глядя на явно пытающегося показаться самой добротой десятника, не мог понять, почему отношение к нему так резко переменилось. Неужто кто-то его выкупил? И каковы шансы на это? Отец был последним Эльдстилом, о котором знали на родине, да и указ императора о гонениях никуда пропадать не спешил – даже на службу юноше пришлось поступать, сокрыв свое происхождение в тайне. Иначе – плен, ритуал подтверждения крови, скорый суд и не менее скорая казнь. Но, раз уж такое отношение имеет место быть, глупо будет им не воспользоваться.
– Просветите меня, в честь чего вдруг вспомнили о моём происхождении? Почему освобождают пленных? – Юноше показалось на мгновение, что десятник облегченно выдохнул.
– Сие тайной не является, господин. Император наш, Виллиан Пламенный, погиб от руки некоего Каэла, могучего мага. Ну, так люди говорят, а правда ли это – чёрт его знает. Но погиб точно. Между нашими империями заключили мир на двадцать лет, вот и отпускают пленных.
– Хорошо, допустим, так оно и есть. Почему тогда меня собираются везти отдельно ото всех остальных? Среди пленных я видел баронета, чьё право было подтверждено родовым амулетом – чужой надеть просто нельзя, если ты не сильный одарённый. И его отправили вместе со всеми остальными.
– Некий Герат Лиаро, граф вашей, господин, родины, затребовал выделить для вас отдельный дилижанс с охранением. – Артис открыл было рот, но десятник его перебил. – И всё оплатил.
Артис одновременно испугался и обрадовался – с одинаковой вероятностью этот граф мог оказаться как другом, так и врагом, что выдал его отца. Но знал ли недоброжелатель о том, что у рода Эльдстилов появился наследник…?
Тусклый свет, исходящий от многочисленных свечей, расставленных по залу, нельзя было назвать достаточным для продолжительного разговора, во время которого приходилось много читать и писать. А еще — слушать. Каэл на это внимания не обращал, а вот послы, на плечи которых легла проблема примирения серьезно пустивших друг другу кровь стран, явно нервничали.
Заседание шло второй час.
Империю Хорш представляло два человека: пожилой, опытный посол с настолько труднопроизносимым именем, что даже его коллеги, большие любители поговорить, предпочитали называть его по должности или титулу – господин посол или барон, и чуть более молодой сын графа, выступающий хранителем артефакта дальней связи. Со стороны империи Зил тоже присутствовало два человека — Лорд Дьюкас в качестве хранителя аналогичного хоршскому артефакта и Леонтан Фитч – в роли посла. В отличии от своего коллеги, сейчас увлеченно рассказывающего о том, каким ударом по казне империи стало уничтожение небесного флота, этот немолодой мужчина больше слушал. Да, он понимал, что молчаливый посол успеха в переговорах не добьется, но спешно созванный совет, призванный временно заменить покинувшего этот мир Виллиана первого, настоял именно на таком варианте.
Тянуть время и всеми силами откладывать принятие любых решений.
— ... Семьсот тысяч золотых! Огромная сумма, которую пожрало адское пламя! — Посол хоршсцев стрельнул глазами в сторону юноши и продолжил. – Господин Каэл, печально известный Виллиан Трей действительно оказался носителем демонической заразы?
Каэл глубоко вздохнул и перевел равнодушный взгляд на посла. Ему уже надоели игрища, устроенные представителями двух самых крупных государств материка.
– Виллиан Трей не использовал демонических сил, господа. Но его желание подвергнуть геноциду крупнейшее государство материка разнилось с теми целями, которые преследую я. И мне пришлось его убить — я не скрываю этого, как видите. Когда на кону стоит весь мир, кому-то приходится принимать тяжелые решения.
– Молодой человек верно говорит, коллега. Геноцид, как и война – не выход. Империя Зил не будет выплачивать какие бы то ни было компенсации просто потому, что войну развязали вы. Дальше?
Каэл ощутил разошедшуюся от хоршсца волну неудовольствия, отметив, что на его невозмутимом лице не дрогнул ни один мускул.
— Вы отвергаете все наши требования, Леонтан. И вы должны понимать, что это — не дипломатия...
