Меня одели в голубой камзол, под цвет глаз, белые чулочки, рубашку, с бантом, и золотые от вышивки ботиночки на каблуке. Ну не мальчик а куколка. О чем мне и сообщили служанки, восхищаясь моим совершенством. Зеркало говорило о том, что они не врали. Мда. Вот не ожидал. Я скорее ждал встретить баронского сына, с детство приученного сражаться. Пусть юного, пусть еще не сильного воина, но уже со всеми задатками. Зато радовала светлая магия, доставшаяся от прежнего хозяина тела. Если бы в семье не было магов, пришлось бы спать гораздо дольше. Или даже вселяться в человека, пробуждая свои темные способности. Хотя их и так заметили. В мое время, такое даже за способности бы не приняли. Я же все свернул! Демон! Ну что они тут устроили?!
Я направился вниз, в склеп. Навестить моих недавно почивших «родителей». Служанки так и бегали за мной. На силу отослал. Карту родного замка получил из воспоминаний легко. Хоть что то этот парнишка знал.
А замок не большой. Но красивый. Кажется его перестраивали совсем не давно.
Проходя по коридору встретил галерею предков и чуть не упал, увидев свой портрет. Писали его уже явно после моей «смерти». Художник меня никогда не видел. Он перерисовал маленький портрет, стараясь придать мне то величие, которого у меня никогда и не было.
С портрета в мантии темного мага, с регалиями просвещенного, на меня смотрел высокий мальчишка, с темносиними волосами, золотыми глазами, большим аристократическим носом и тонкими сжатыми губами. Взгляд завораживал. Художник очень точно передал ту смесь зеленого и золотого, в радужке моих глаз. Вот только глаза были холодны, и пусты. Я смотрел на себя с портрета с такой тоской и неприязнью.
— Ваша светлость.
Засмотрелся на портрет, и даже не заметил, что не один. Блин, не позволительная дурость в моем положении.
— Господин маг.
Светлый взглянул на портрет, и как то хмыкнул. Сколько же ему лет? Не много. Думаю сто, не больше.
— Это ваш предок?
— Мэтр Грего Людой. Черная мантия, с серебряной вышивкой по рукавам и на воротнике, носилась для того, что бы простые люди сразу видели темного мага. Брошь на груди, знак отличия того, кто был допущен в темную башню. Красные запонки давались за победу в смертельной дуэли с превосходящим по силе мастером.
— А мы совсем и забыли, что в старых родах могут передавать такую информацию из поколение в поколение. Темных родов не осталось совсем, но вот их побочные ветви еще встречаются. Много ваш отец успел вам рассказать?
— Достаточно. Это не прямой мой родственник. У нас были общие предки. Со стороны матери у меня куда больше светлых магов в предках. У меня не должно было быть даже капли проклятого дара.
— Кажется нас с вами нужно будет хорошо по говорить.
— Как скажите, мастер.
— Мэтр. Обращение мастер уже тридцать лет как не модно. Эх, жаль не знал, что вы храните старые традиции, когда виделся с твоим отцом. У вас сохранились книги или что то от темных?
— Если и есть, то я об этом не знаю. В моих прямых предках ближайший темный умер еще до начала войны магов. Но у нас есть книги по светлой магии. Полный шкаф.
— У меня тоже. Если найдешь что то в бумагах предков по темной магии, сразу дай знать. Сейчас любое новое заклинание на вес золота.
— Позвольте откланяться. Мне нужно посетить последнюю опочивальню моих предков, и отдать последний сыновий долг, по молиться.
— Я вас провожу.
Дорога вниз заняла немало времени. В памяти всплывала короткая дорога, через потайные ходы, но выдавать ее магу не хотелось.
Не смотря на то, что память услужливо делилась красотами дома, я шел и не переставал дивиться. Каменные стены декорировали деревом. На пол уложили мрамор. Широкие лестницы явно переделывали, что бы придать грубой каменной махине шик и лоск дворца. А вот за маленькой дверцей, открывавшейся в стене нажатием на скрытую за вазой педаль, замок был таким, каким его задумывали. Мрачные каменные коридоры, спиральные лестницы. Причем эта спиральная лестница шла так, что бы удобнее ее было оборонять как не странно из склепа.
Помещение самого склепа можно было назвать большим. Арочный потолок, проходы звездой. Я остановился, не зная в какой нише были похоронены мои «родители», но быстро понял, что пока что, «заселен» только один коридор.
Склеп был прост. Ряды полок, которые по мере наполнения закрывались надгробиями. Очень хотелось навестить свой труп, но мешал светлый. Вот ему тут было не по себе. Отголосков моего убежища тут не чувствовалось, но темная энергия естественного происхождения явно заполняла помещение. Даже почти пустой склеп, только одной своей формой, давал такой сильный фон.
Время потратил на копание в памяти, старательно изображая что молюсь. К сожалению много там не нашлось. Но нашлась инструкция, на случай смерти отца — семейный дневник.
***