- Смотря какому богу ты служишь. Мой бог приветствует размножение и плотские утехи, - подвисла на очаровательных ямочках. На его шее находился черный платок, предназначенный укрывать лицо от чужаков, но от меня почему-то он не скрывал его.
- Не о том думаешь, Вестник. Я свою любовь получил уже, и ты обязана позаботиться о ее результате. Моя дочь скоро запросит кушать.
Жаль, в такого бы красавца было не сложно влюбиться, не то чтобы я торопилась в местный храм, но монах точно знал толк в плотских утехах.
Мы направлялись в дом, а я расспрашивала Сергайя.
- У нас имеется еще одна люлька? Можно будет девочку, пока она маленькая, разместить в одной комнате с мальчиками?
И еще пару десятков вопросов задала, а сама раздумывала. Как монах мог вычислить, что я сама буду кормить детей, отказавшись от кормилицы? Ведь если бы я сразу не приложила сына к груди, молоко пропало бы. Что принесет мне союз с ним? Знает он много и, видимо, умеет добывать сведения. Походка бывалого воина. Вон как изящно и бесшумно шагает в стороне. Такой союзник был бы кстати.
Но чем заслужить его доверие, чтобы он был на моей стороне? Не верилось, что он примет безропотно свою судьбу. Помочь поможет, но на своих условиях. А мне бы преданного союзника. Вдруг он подошел, забрал из рук младенца и велел.
- Буду ждать в твоей комнате, поторопись. Моя малышка требовательная.
Не спорила с ним, видимо, наступал откат от принятия клятвы. Каменюка выжрал все же лишней кровушки. В свою очередь попросила Сергайя.
- Мне бы горячего сладкого чая, а то сил накормить ребенка не осталось.
Тот понятливо кивнул и велел пробегающему мимо поваренку принести подслащенный взвар в комнату. Картинка ложилась. Не заметить, как бережно монах держал свое дитя, мог бы только слепой. Думаю, подход к нему найден. Позабочусь о его дочери и смогу не переживать за безопасность. Ведь он постарается сберечь магически одаренную кормилицу всеми силами. Но насколько наше сотрудничество будет продуктивным, надо бы обсудить до отъезда.
Уже кормя малышку в своей комнате, пыталась понять. А хватит ли мне молока на трех младенцев? Почему я об этом не подумала до того, как приложила ребенка к груди? Даже не одаренный увидит образовывающуюся между нами связь. Кулам помалкивала, не понимая, откуда у ее хозяйки появился третий ребенок, а у меня пока было много других вопросов. У кого обо всем этом расспросить?
- Думал, моя дочь станет второй в очереди. Удивила, - монах возник рядом, словно вышел из тени, - не переживай. Магички редко приносят потомство, но могут с легкостью выкормить и пяток деток. Ваш организм подстраивается под все обстоятельства. Жаль, что таких сердобольных среди них можно встретить редко. И я поговорю с вашей местной травницей. Имеется у меня один рецептик, чтобы привести твой гормональный фон в норму. А с увеличением молока и наступающими изменениями подходящий настой будет не лишним.
И как я об этом не подумала сама? Монах удивил, он заботился не только о своем ребенке, но и взял на себя заботу обо мне.
от автора:не забывайте добавлять в библиотеку книгу, если вам понравились мои герои, огромное спасибо за лайки. Читайте с удовольствием!
О да, монах дал мне время отойти от клятвы и кормления его ненаглядной дочурки. Но уже через час накинулся на меня, как вампир, иссушая своими уроками. Из него учитель получился так себе. Он не делал скидку на мое предыдущее образование, физическое состояние и здоровье.
Урок этикета прошел за один час. Он вложил в меня знания, которые аристократы изучали с детства. Хорошо хоть успела почитать книгу по этому предмету и могла воспринимать новую информацию адекватно, не плюясь ядом. А урок, включивший в себя основные моменты истории, географии и геральдику значимых родов Итерии, выжал все соки, а учитель проявил наклонности маньяка. За обедом, а потом очередным кормлением деток я представляла, как пронзаю этого неосторожного служителя его же мечом.
И на закуску урок физической подготовки. Хотя это скорее был урок боя. Он показывал нужные приемы, но требовал невозможного от неподготовленного тела. Я бы начала с разминки, бега, а пока кормила грудью, воздержалась бы от более сложных нагрузок. Но это не волновало монаха, он приказывал, с удовольствием отвешивал тычки и пинки, требуя невозможного. Если бы не моя подготовка из прошлой жизни, я бы пала смертью храбрых на пятой минуте. А так продержалась целый час. И все равно свалилась на песочек плаца, который в имении имелся. Воинов не было, а плац имелся.
Меня уже не привлекали его ямочки на щеках, ведь они теперь ассоциировались с приказами, вызывающими оскомину, и ехидством насмешек над моим неумением и полной профнепригодностью. Позвольте, я и не воин, а благородная леди. Помнит ли об этом монах?
Только к концу изматывающей тренировки монах соизволил похвалить меня.
