Вера шлет ей в ответ селфи с точно такими же гримасами, правда, чаще всего приходится делать их из подсобки "Салфеток" в колпаке и форме, или с квартиры Белова. Вик при этом крутит у виска и закатывает глаза, дескать, женщины, что с них взять-то. Сам он тоже иногда участвует в фото-отчетах для Софии вместе с Верой, всегда при этом зажмуривает один глаз и глуповато улыбается. У него нет ни одной приличной фотографии, несмотря на профессию. Удивительно, как быстро получилось подружиться с Соней. Общаться с ней легко и просто, иногда можно вообще ничего не говорить, просто слушать, иногда приходится давать Вику знак, чтобы позвал, иначе можно провисеть в скайпе несколько часов подряд, а завтра на работу. А еще они со второй мамой Вика постоянно скидывает друг другу смешные картинки, обмениваются на них реакциями. Весело.
Но пора посвятить время другой подруге, с которой уже трижды пришлось переносить встречу. Вера спешит в кафе, немного волнуясь, а через несколько минут быстрой беседы о самых важных событиях спрашивает, прищуриваясь и вглядываясь в лицо собеседницы:
- У тебя синяк, что ли?
Короткая пауза, потом недоуменный взгляд и насмешливая улыбка на красивом лице собеседницы.
- Какой еще синяк? - поднимает глаза от меню Арина. - Разве что под глазами круги, так это у всех нас. Практику проходим.
- Губа как будто распухшая.
- Да ну, глупости. Расскажи лучше, как у тебя дела? Тысячу лет не виделись. Ты помнишь, что у мамы скоро день рождения?
- Конечно, двадцать пятого июля, но меня пока не приглашали.
- Она обязательно пригласит, вот увидишь.
- Неважно, все равно не пойду, не хочу с Артемом видеться.
"Скажи, что соскучилась" - на телефон падает смс от Белова. Он будто всегда рядом, даже когда нет поблизости. Не звонит, так шлет сообщения.
- У тебя новый ухажер? - спрашивает Арина. - Так Артему и надо, будет знать, как ушами хлопать.
- Почему ты так решила?
- Вижу, с каким лицом читаешь сообщения. Когда мне Марк пишет, я тоже едва не пританцовываю.
"Я вот соскучился", - приходит от него следующее. Они не виделись уже три дня, он много работал, она - тоже. Он пишет ей постоянно, но она обещала вчера вечером в разговоре по телефону, что будет его игнорировать весь день, чтобы он закончил финальный этап проекта "Трахельков".
"Где бы ты ни была, Вера, приезжай ко мне. Предлагаю заняться быстрым ненастоящим сексом". - Она смеется, читая. Пьет свой остывший капучино с толстым слоем безвкусной пенки, двигает тарелочку с десертом, от которого уже умыкнула кусочек подруга.
- Что пишет? - Арина тянется посмотреть, но Вера отшатывается, пряча телефон под столом. Вик записан, как "Белов", Кустова сразу обо всем догадается.
- Ну, здрасте, - та надувает губы. - Секрет что ли? Я тогда тебе тоже ничего не буду про Марка рассказывать.
- Не секрет, просто слишком личное.
"Хотя бы напиши, что тоже думаешь обо мне".
"Вот неугомонный", - быстро пишет она, тут же получает ответ: "Приезжай". Отвечает: "Работай".
- Честно говоря, дорогая, я, кажется, влюбилась, - сознается Вера, заливаясь краской от понимания того, что ни за что не назовет имя своего нового парня. А после признания вдруг становится легко и хорошо, словно она сделала открытие не Арине, а самой себе. Она влюбилась за каких-то пару месяцев внезапно и по-настоящему, так сильно, что хочется быть только рядом с ним одним. Его байки кажутся самыми смешными, его любимые фильмы - наиболее интересными, талант огромным, а проблемы - главными. Он на нее так смотрит, что душа разлетается на части, как тогда, перед первым поцелуем в баре. Рвется, трещит по швам, и он снова и снова склеивает ее своим особенным отношением, долгими ласками, страстными поцелуями, правильными поступками и искренней заботой. Слушает всегда внимательно, и никогда не отрицает, когда она начинает причитать, что по признакам понятно - диагноз подтвердится. И сомнений в этом давно уже нет никаких.
Сколько же признаков она в себе нашла? Да все практически! Кажется даже, что ВИЧ у нее с рождения, дохлый иммунитет с детства. Белов на это кивает и говорит, что справится. Не она справится, а он. Он говорит коротко: мне плевать. Белов не верит в лучшее и не призывает к этому ее, у него вообще нет "веры" ни во что, на шее выколото всего два слова: Надежда и Любовь, - Вера никогда об этом не забывает. Ему просто плевать, есть у нее ВИЧ, или нет, он трахает ее, как умеет; каждый вечер, ругаясь с ней в пух и прах, когда она не разрешает трогать
Сфотографировал Веру на сотовый украдкой, распечатал, подписал сверху в фотошопе: Королева Облома, - и повесил на стенку. Висит табличка на двери в комнату, каждый раз на нее натыкаешься, когда из спальни идешь на кухню, и сорвать не разрешает. Дурак.
