В эту секунду она понимает, что ей мало. Не хватает. Его ладони крупные, пальцы длинные, но и их слишком мало, чтобы удовлетворить ее сейчас. У нее там так скользко, она хочет принять его всего. Ей это надо. Хочется большего. Вере надо больше, сильнее, глубже. С ним одним.
Она прижимает его пальцы к клитору своими изо всех сил и кончает во второй раз. Он это чувствует. Дышит, дышит, дышит, и утыкается в ее затылок лбом. Тихо постанывает, достигая собственного пика. Она смотрит в зеркало и видит его сгорбленную израненную спину, его изуродованные страшной мукой плечи, которые дрожат в такт его удовольствию, которое она ему дарит именно сейчас.
Он сказал, что все бы отдал, лишь бы быть в ней хотя бы один раз. Она бы в эту самую минуту отдала бы все, лишь бы прижаться к его груди своей. Неважно, какая у него кожа: грубая, коричневая, неровная, - после этого безумного секса единственное, что ей нужно - это прильнуть к нему, прижаться, и просто чувствовать. Как она могла даже на мгновение представить, что не хочет быть с ним?
Он целует ее в затылок, благодарит, а потом оседает на пол, облокачивается на стену. Она сначала хочет так же, но холодно, и стелет под себя взятое с полки белое полотенце.
Отдыхают, поглядывая друг на друга.
- Вик, ты будешь очень сильно на меня злиться, - говорит она через несколько минут.
Он смотрит на нее пьяными глазами, лицо румяное, улыбка вялая, блаженная.
- Только не начинай опять про свой ВИЧ, пожалуйста. Я большой мальчик, Вера, который способен взять ответственность за свою жизнь на себя. О рисках ты меня предупредила. Пятьсот миллионов раз.
- Вик, я поцеловалась с Варей. - И зажмуривается изо всех сил. - Прости, прости, прости.
- Чегооо? - пораженно выпучивает глаза. Она втягивает голову в плечи, подбирает колени к груди и утыкается в них лицом. - Хрена себе сюрприз.
- Так получилось. Это было недолго, всего один раз. И это все видели, - прячется за ладонями. Он смеется, хохочет, откинув голову.
- Да ну нафиг, не верю.
- Кажется, ты прав, я действительно...того... Ну, и с девочками могу.
Он хохочет.
- Где она тебя поймала?
- Это я ее поймала, мы рядом в сауне сидели. Обещаю, что больше никогда...
- Капец, Вера! Я думал, что это я тебя так завел. Вот только не говори, что представляла на моем месте ее. Хей, я не переживу такое!
- Нет, это точно нет. Только ты и в мыслях и в действиях. Но вот так случилось, - пожимает плечами. - Надеюсь, домой я еду в "Кашкае", а не на электричке?
- Хотела сказать, а не в "Мерсе" Вари? - он снова хохочет. - Почему я этого не видел?
- Джей-Ви видел, он тебе расскажет.
- Капец, Джей-Ви видел, а я нет. - Он встает, надевает майку, затем отворачивается, чтобы снять презерватив, выбрасывает его в урну. - Вера, ты как? Хочешь еще веселиться? Я почти не спал прошлую ночь, и сейчас ноги не держат. Хочу поискать свободную спальню.
Он поправляет майку, затем застегивает толстовку, проверяет в зеркале, что надежно спрятаны все пораженные части кожи. Напяливает свою дурацкую шляпу задом наперед.
- Отличная идея. Умираю, как хочу спать.
Он помогает ей расправить и застегнуть измятое платье, и они выходят из ванной, держась за руки. Оба раскрасневшиеся, с идиотскими улыбками и неестественным блеском в глазах, выдающим случившееся с потрохами. Оказывается, большинство гостей находятся в доме и играют в покер, остальные активно болеют за игроков. По лестнице Вера с Беловым поднимаются под аплодисменты и свист. Вик на полпути решает вдруг отсалютовать всем, снимает шляпу и машет, приходится потащить его за руку в спасительную темноту и прохладу одной из комнат, где они закрываются на замок и, наконец, засыпают в мягкой постели, рядом друг с дружкой обессиленные как разговорами, так и действиями.
Отчеты непотопляемого пирата. Запись 13
Так, запись номер тринадцать; добрались до дьявольского числа наконец-то, ну что ж, никуда от него не денешься. Отчеты требуют регулярности, нельзя перепрыгивать. Один бывший психиатр, которому
Смотрю на Веру, спит сладко, не догадывается, что наблюдаю. Непривычно. Чаще всего, когда просыпаюсь, ее место пустует и даже успевает остыть, не остается даже легкого, едва уловимого аромата. Никаких следов.
По утрам не верится, что Вера вообще существует и действительно проводит со мной кучу времени. Если бы не ее вещи, без шуток, спросонья мог решить - привиделось. И сейчас вот не верится, что после вчерашнего она на расстоянии вытянутой руки.
