— Заткнись. Я знаю. — Хныкающее тело замолчало, а я стал думать, как найти нужного мне гвардейца. Это тело явно ничего не знает о дальнейшей судьбе пленных, этот слабак сломался от двух игл, даже говорить не о чем. Бесполезен. Впрочем… — Номер. У каждого гвардейского отряда в подчинении сержанта должен быть номер. Скажи мне его.
— Они не говорили. Но я… я слышал. Один раз. Четырнадцатый отряд третий корпус, он базируется в южной, второй казарме. — Да, я знаю, где это.
— Спасибо. На этом, пожалуй, закончим. — Тело на кровати посмотрело на меня с надеждой, в ответ на что я лишь взмахнул рукой, воздушным лезвием отделяя его жадное тело от его тупой головы. Не люблю прибегать к силовым методам добывания информации, но я солгу, если скажу, что не получил от этого удовольствия. Этот ублюдок продавал людей как скот. Однако, шумоизоляция оказалось действительно неплохой, раз сюда до сих пор никто не заявился. Делать в этом доме больше нечего. Забрав иглы и выйдя через то же самое окно, я направился к южной казарме.
В городе три казармы и в каждой из них по пять корпусов. В каждом корпусе по семнадцать отрядов. Чувствую, сегодня их станет на один меньше. В каждой казарме была приёмная, в которую я и направился. Немолодой мужчина с идеальной выправкой встретил меня безразличным взглядом.
— Добрый день, мне хотелось бы увидеть сержанта четырнадцатого отряда третьего корпуса, у него ещё весьма примечательный шрам на переносице должен быть. Я прислан одним из его дальних родственников, дабы передать завещание.
— Сержант сегодня был назначен в ночной патруль, а потому уже находится дома, отдыхает.
— О, прошу прощения за излишнее беспокойство, но не могли бы вы сообщить мне его адрес? Дело весьма срочное, ведь родственников в списке много. Однако если информация секретная, то я вполне способен подождать до завтра.
— Да нет, какие секреты. Туманная улица, третий дом, у него ещё глупый жёлтый забор, мимо не пройдёте.
— Благодарю вас.
Удивительно легко. У меня даже не спросили, почему я не знаю его имени. Впрочем, беспечность этого гвардейца мне только на руку. Да и вряд ли он меня запомнил, выглядел очень сонным и измученным.
За всё то время, что я потратил на путь до казармы, а затем до дома сержанта, с действительно глупым жёлтым забором, погода изменилась. Туман ушёл, уступив место холодному ветру и клубящимся тучам в небе. Будет гроза. Сержант действительно спал. Повезло, что он не запер дверь, иначе пришлось бы выбивать окно. Этот человек был гвардейцем и умел сражаться, а потому я сначала прочно сковал его заклинанием Пут Ветра, и лишь затем разбудил с помощью игл. Сержант оказался крепким, мне потребовалось десять игл и еще шесть выбитых суставов сверх этого, чтобы он начал говорить. Слушая его рассказ, я скрежетал зубами, ведь всё оказалось гораздо хуже, чем предполагалось.
Из его сбивчивой и прерывистой речи я узнал примерно следующее: подкупленных десятков было два. Им делали заказ на определённую внешность, а не на людей. Девушка высокого роста или мужчина со смешанной кровью, ребёнок, семья, сёстры, близнецы, заказчик давал примерное описание цели, сержант передавал его подкупленному работнику Гильдии, а затем похищал людей. Всё проходило без подозрений, вина сваливалась либо на монстров, либо на каких-то тайных врагов.
Однако скрежетал зубами я не из-за этого. Сержант знал о том, для чего были нужны эти люди. В качестве игрушки. Просто для забавы группы зажравшихся аристократических тварей. Они живут не в этом городе, но каждый из них приезжает сюда по делам. Торговым, в основном. Они редко пользовались своим “Домом развлечений” все вместе, чаще по очереди. Но так вышло, что в этот раз они в город попали одновременно, поэтому забрали целую семью. Радует, что городские власти не оказались в этом замешаны, иначе пришлось бы вырезать всех. После того, что я услышал, это стало вопросом принципа. Сержант оказался даже полезнее, чем можно было ожидать. Он рассказал, что сейчас оба подкупленных десятка находятся в том же доме, что и развлекающиеся аристократы. Один десяток сторожит, а второй отдыхает в другой комнате. Аристократы всегда держали при себе оба десятка, чтобы исключить возможность предательства со стороны кого-то из гвардейцев. А пока они не в городе, это не имело бы смысла, за отсутствием доказательств. Улик, ведущих к ним, не существовало, за исключением слов гвардейцев. Отпускался лишь этот сержант, который оказался повязан с аристократами крепче, чем остальные, их смерть стала бы его смертью. Впрочем, всё равно вышло именно так.
