Борис откровенно терялся в том, кому верить. Он никогда не был мастером интриг. Его удел – вести небольшой отряд в бой. Павел же, как подозревал мужчина, был слеплен из другого теста. Там слово, здесь намёк и вот, окружающие уже делают то, что ему нужно. А нужно ему понятно что – как можно скорее вернуться на базу, под защиту, где всё понятно и знакомо. Да и награду можно получить за то, что вывел отряд из опасной зоны. Павел намекал, что Борис, как маг воды, может что-то придумать и пробить купол. Они то не смогли, потому что стихий у них нет.
Сейчас Борис понял, что это бредовый аргумент. В армии хватает искателей со стихией. Если бы могли, то уже разнесли купол. Один из ученых, который отправился с ними к грани, из тех, что раньше был с Павлом, поделился, что они видели. Непробиваемую защиту, которую пытались разнести авиацией, но ничего не вышло.
Плохо дело. Перспективы туманны. Без мага ветра они не выживут. Под руку к нему тоже чревато идти, потому что это равнозначно дезертирству и предательству родины. Большие начальники не оценят, что группа искателей стала полностью подконтрольна столь «неблагонадежному» и «трудноуправляемому» элементу.
Но как бы там не было, с парнем надо дружить. Это мужчина понимал и за помощь был благодарен. Только вот надо приструнить одного болтуна.
– Послушай, Паша, – продолжил говорить Борис, – Будешь интриги плести, восприму это как саботаж. Со всеми вытекающими.
– А что я? – сразу напрягся он и забегал глазками.
– Ничего. Говорю же, слишком много херни несёшь и одеяло на себя тянешь. У нас есть задачи поважнее, чем в эти игры играть. Если мы тут сдохнем… В общем, нашим от этого легче не станет. И без того силы ограничены. Так что просто заткнись и делай то, что должен.
Борис не надеялся, что лейтенант примет его слова и сразу исправится. Поэтому он решил за ним присмотреть. Не так уж много в их условиях возможности воду мутить.
– Если вы думали, что будете отдыхать, то сильно ошибались, – обрадовался я своих учеников, – Айда заниматься.
– Так ночь же на дворе! – рискнул возмутиться Сафрон.
Его слова я проигнорировал. Пока что в наших отношениях не дошло до прямых приказов. Я просил, а не приказывал. Это совсем разные вещи. В случае приказа они либо подчиняются сразу же, либо теряют приобретенную стихию. В случае вежливой просьбы у них есть пространство для маневра. Слишком сильно закручивать гайки я не хотел. Пока что не вижу для этого повода. Люди стараются, делают, что говорю, а то, что позволяют себе вольности – так это и не плохо, пока не мешает делу. По крайней мере я в это верил, проверим, насколько окажусь прав.
Пройдя мимо солдат, я не смотрел на них, но прекрасно чувствовал направленное внимание. Разве что на Павла глянул. Тот сидел в углу, хмурый и недовольный, зыркая исподлобья на меня. Не смотрел, а именно зыркал, словно лучи смерти посылал. И что ты будешь делать с этим человеком? Благодаря мне у него есть защита и еда, а он недоволен. Неблагодарная скотина.
– Чем займемся, босс? – спросила Аня по деловому, спустившись во вторую пещеру.
Следом за ней проскользнули и остальные. В проёме было показалась голова солдата, что тоже решил сюда заглянуть, но я улыбнулся ему и захлопнул проход перед его лицом. А нечего совать нос в производственные секреты.
– Сегодня у вас практика на смирение.
– Это как? – с подозрением спросила Мария, оглядывая пещеру, которая ровным счётом ничем не отличалась от первой.
– Это проверка на вашу переносимость боли, – улыбнулся я, – Заодно прокачаете выносливость.
– Звучит не очень… – заметила Аня.
– Так и есть. Встаёте друг напротив друга, броню не активируете и стреляете пулями.
– Оу, – вырвалось синхронно у женской части.
– Вас что-то смущает? – прищурился я.
Вопрос с освещением я решил элегантно, стоило задуматься над теми возможностями, которые есть в наличие. Свойство «свет» на брусок металла и вуаля, вопрос со светом решён. Поэтому я отчетливо видел, как скривились лица учеников. Им явно не понравилось задание.
– Я и сам через это проходил. Практика, проверенная временем. Так что вперед, покажите, что можете.
Я бы и сам показал, но нельзя снимать доспех. В нём же это не имеет смысла.
– Сафрон, чур ты первый, – уверенно заявила Аня, – Как мужчине, тебе принимать удар на себя.
– Что за дискриминация? – возмутился он.
И тут же получил пулю в живот, от чего скрючился и чуть не рухнул на пол. Я подошёл к нему, осмотрел и фыркнул.
– Что это было? Удар же по броне пришёлся!
– Да как-то всё равно неприятно, – распрямился он, засунув руку под доспех и потирая пострадавшее место.
– Снимайте доспехи с себя и вперед. Если не хватает мотивации, представьте, что вашу броню пробили. Вражеский навык ранил, сломал ребра, вспорол брюхо, оторвал руку. Что делать будете? Умрете от болевого шока? Будете скулить и молить о пощаде? Или соберетесь, обновите броню и убьете врага? Потом и до целителя добежать можно будет.
