Уже после полудня небольшой отряд выехал из городка и направился дальше на север, дорога петляла через лесистые холмы и была хорошо наезжена. Парой встречались крестьяне, едущие на тощих лошадках в город, едва завидев отряд, они прижимались к краю дороге и ждали пока он проедет. Элеонора и Викторией ехали мрачные, поначалу баронесса с Ариинитой пыталась развеселить их, а потом махнули рукой, решив, что все расставит по своим местам, когда приедут домой.
Вдруг раздался треск, и карета резко остановилась. Сразу вслед за этим раздались крики боли и звон оружия. Постепенно он стал стихать, и леди Милиссия решив, что разбойников уничтожили уже, попыталась выглянуть наружу, как внезапно отшатнулась назад и стала заваливаться на бок, а из её глаза торчал толстый арбалетный болт.
Виктория с Элеонорой расширенными глазами испуганно смотрели на убитую мать.
- МАААМАА, - прервал все звуки полный горечи крик.
Вдруг дверь распахнулась и на девушек посмотрел заросший бородой детина державший в руках взведенный арбалет.
- А ну птички вылезайте наружу, - повел он в сторону арбалетом.
Девушки, смотря расширенными от ужаса глазами на него, послушно подчинились. Когда вышли из кареты увидели, как вокруг лежат убитые люди и животные, судя по тому, что тел, было, много защищались солдаты отчаянно. Почти возле самого бревна лежал истыканный стрелами конь Ральфа и несколько убитых разбойников. Его самого нигде не было видно. У второй кареты дверь была распахнута и оттуда свисала рука Пелеония Вийского. Из неё выбрался Эстиле Ас Дринжит, рассовывая по карманам какие-то вещи, с улыбкой пошел к находящимся в ступоре девушкам.
- Где третья девка, - строго спросил он бородатого, после того как окинул взглядом пустую карету.
- Не знаю, тут были только трое, четвертую я не видел? - пожал он плечами.
- Быстро обыскать, далеко она уйти не могла, я же тебя предупреждал, чтоб свидетелей не было, а ты упустил сопливую девчонку, сам отвечать перед хозяином будешь, - разъярился тот.
- Хын исчез тот рыцарь, которого с таким трудом удалось убить, - подбежал один из бандитов.
- Найти быстро и отрубить ему голову, - в бешенстве заорал на присевшего от неожиданности бородача.
- Вы трое быстро связать девок, и в карету выдвигаемся срочно, - приказал он троим воинам обыскивающим трупы.
Воины сноровисто связали руки и запихнули в рот какие-то тряпки, чтобы они не могли кричать. После этого вытащили из кареты мертвую баронессу и кинули её в снег сбоку дороги. Сначала Викторию, а потом Элеонору запихнули в карету. Несколько дней девушки провели как в тумане, тряской и промерзшей карете, их ни на минуту не оставляли в покое, хорошо хоть развязывали руки когда то один из разбойников ехал в карете. Через два дня один из разбойников попытался изнасиловать Элеонору, но она ударила его связанными ногами, и он отлетел к противоположной стене.
- Ах ты тварь, - прорычал он и подскочил к Элеоноре, два раза ударил её кулаком в лицо, после чего девушка потеряла сознание. Он удовлетворенно хмыкнул и стал снова задирать бесчувственной девушке подол плаща. Но тут вмешалась Виктория, вскочив на ноги, с силой отпихнула его в сторону. Тот потерял равновесие, запутавшись в приспущенных штанах, и навалившись всем весом на дверь кареты. Она не выдержала такого вандализма и услужливо распахнулась и разбойник, потеряв равновесие, выпал наружу. Карета резко остановилась, и в открытый проем заглянул разъяренный Хын. Быстро оглядев карету, резко развернулся, скрылся из вида девушек.
- Ты падаль как посмел прикоснуться к пленницам, - раздался его рев откуда-то позади кареты.
- Но Хын заказчику нужна только одна дочь верховного лорда, а вторую отдай нам, мы её быстро научим покорности.
Почти сразу раздался тихий шорох и тихий стон.
- Что рты раскрыли быстро трогаться дальше. И еще если хоть одна тварь посмеет прикоснуться к пленницам, лишится головы, - сказал он в сторону, сопровождающих карету всадников.
В карету залез другой разбойник, и карета тронулась дальше. Виктория не обращая внимания на мрачного охранника, стала оттирать кровь с разбитого лица Элеоноры, подолом своего плаща.
- Отойди, - буркнул охранник, и сам наклонился над Элеонорой.
- Она будет жить? - спросила Виктория.
- Да будет, - пробурчал он и, достав нож, резким движением отхватил кусок от плаща девушки.
Виктория от неожиданности отшатнулась и больно стукнулась головой. Девушка присмотрелась к охраннику, ему было лет двадцать совсем молодой парень. Он смочил в жидкости из фляжки кусок ткани и стал им осторожно протирать лицо Элеоноры.
- Да у неё сильно рассечена щека, и теперь навсегда останется шрам, - пробормотал он.
Элеонора тихо застонала, очнувшись, увидев над собой лицо мужчины, дернулась, но от боли у неё невольно вырвался снова стон.
- Успокойся все хорошо, тебе сейчас надо меньше двигаться, я просто пытаюсь очистить кожу вокруг раны, у этой сволочи Киха, на руке был перстень.
- Как тебя зовут? - спросила Виктория у парня.
- Дагором, родители назвали, - ответил он.
- Что же теперь с нами будет?
