Вскоре, в Юриной почти джазовой импровизации стали проскальзывать знакомые фразы и вот он уже "вырулил" на следующую песню - " Трутся спиной медведи".
Лариса успокоилась и ждала отмашку на вступление. Юра поднял голову и показал, что заканчивает. Лариса подхватила:
Где-то на белом свете,
Там, где всегда мороз...
После припева, я показал, что теперь моя очередь и проделал тот же фокус с переходом на другую песню, что и Юрик. Только теперь я решил, что проще будет самому начать песню и выбрал магомаевскую "Королеву красоты":
По переулкам бродит лето,
Солнце льётся прямо с крыш.
В потоке солнечного света
У киоска ты стоишь.
Лариса, видя, что ей петь не придётся, начала танцевать твист.
Зал зааплодировал! Никого у столов с едой и выпивкой не осталось - танцевали все!
С тобою связан, навеки я,
Ты жизнь и счастье, любовь моя!
Пропел я вытянув руку в сторону Габриэль, танцующую рядом со сценой, вместе с моими парнями. Она в ответ улыбнулась и послала воздушный поцелуй.
И в этот момент я натолкнулся на взгляд Муслима Магомаева...
Я не стал отводить глаза продолжая петь. Неожиданно для меня он усмехнулся и одобрительно кивнул головой! Я, чуть замешкавшись, улыбнулся в ответ. Юра, играя соло, вдруг резко закончил эту песню всем известным музыкантам ходом и тут же застучал по клавишам песенку " Good Golly Miss Molly".
Я кивнул ему:" Продолжай!", а сам быстренько нашёл текст песни, потому что оказалось, что я его почти забыл! Юра закончил мучить фортепиано и я запел гнусавым голосом, подражая Литтл Ричарду:
Good Golly Miss Molly, sure like to ball, whoo
Заканчивая этот рок-н-ролльный хит, я увидел как к сцене пробирается Магомаев. Подумал, что он хочет что-то сказать нам, может даже выразить недовольство, за то, что взяли его песни, но он не останавливаясь поднялся на сцену и подойдя к Эгилу, что-то сказал ему на ухо. Тот удивлённо глянул на него и кивнул.
Муслим подошёл ко мне и я услышал:
- Следующая песня - " Лучший город Земли". Я спою!
Я спокойно кивнул и подойдя к Юре передал ему слова Магомаева.
Ты никогда не бывал в нашем городе светлом,
Над вечерней рекой не мечтал до зари.
Мощный голос Муслима заполнил зал.
"Ну вот, а ты боялся!" - подумал я.
Совсем скоро настанет такое время, что артисты перестанут оглядываться на цензоров всех уровней и мастей. Но тут возникнет другая проблема: низкий интеллектуальный уровень музыкальной тусовки. Мутный вал низкопробных поделок заполонит эстраду и даже блатные песни уголовников станут вдруг "российским шансоном".
Почти получасовое наше музицирование закончилось громом аплодисментов, криками "браво", пожиманиями рук и даже объятиями, когда мы спустились со сцены в зал.
- Ох, Лариса и достанется тебе при разборе итогов фестиваля в министерстве культуры! - осуждающе покачал головой Муслим, когда мы снова образовали свою компанию и выпили по бокалу шампанского за успех.
- Руки у них коротки! - задорно ответила Лариса и коротко взглянув на мужа, добавила. - Ни на какие разборки я больше не попаду! Да здравствует свобода!
С этими словами она отсалютовала бокалом и выпила до дна.
- Какая свобода, Лариса? - криво улыбнулся Муслим. - Мимо худсовета не проскочишь...
- Ну и !... - Мондрус сдержалась, не договорив. - Лучше я буду подъезды мыть, чем и дальше терпеть этих ублюдков!
Вся наша компания с удивлением уставилась на неё.
- Мы с Эгилем остаёмся здесь! - заявила Лариса, расправив плечи.
Шампанское сделало её явно раскованнее, чем обычно, но муж не попытался остановить.
- То есть, как "остаёмся"?! - округлил глаза Магомаев. Мои парни, казалось совсем перестали дышать.
- А вот так! - мотнула волосами, растрепав причёску, Лариса. - Прямо сейчас, после вечера идём и просим политического убежища.
Теперь и Муслим забыл о дыхании.
- И ты не боишься говорить это вот так открыто? - через какое-то время сумел вымолвить Магомаев.
- А кого мне бояться? - усмехнулась Мондрус. - Я могу это объявить по микрофону и все эти тихушники из КГБ и их стукачи, из которых и состоит в основном наша "культурная" делегация, ничего нам не сделают! Зубами поскрипят и будут жалко улыбаться. Ты не представляешь себе, Муслим, какое это прекрасное чувство - свобода! Каково это знать, что тебе не нужно возвращаться в это гнусное болото. Ради одного этого, стоит рискнуть!
- А кому вы тут нужны? - неожиданно подал голос Сергей Сараев. - Тут же человек человеку - волк!
- Ха-ха-ха! - засмеялась Лариса. - Парень, ты слишком много слушал вашего замполита! Это вредно для здоровья! Психического.
Сергей хотел было что-то возразить, но она уже отвернулась от него и неожиданно обратилась ко мне:
- Саша, а вы тоже так думаете?
Я взглянул на Габи и решил, что тянуть дальше нет смысла.
- Да, я тоже думаю так же! - оглядел всю нашу группу, Эгила и Муслима. - Я думаю так же, как и вы, с мужем! Мы с Габи тоже остаёмся в Западной Германии.
Эффект от моих слов был ещё более оглушительный, чем от заявления Ларисы.
- Саня, ты что ли так шутишь? - первым отошёл Женька.
