- Даже чёрная икра была! - вставил отец.
- Было бы чего хорошего! - отмахнулась мама.
- А мне понравилось.- улыбнулся отец. - Две порции мне достались.
- Ну, тогда хоть кофе? - предложил я. - Тут настоящий, не из цикория.
В этот момент подошла официантка. Габи заказала всем кофе и большое блюдо ассорти из пирожных.
- Мам, ты спрашивала, не опоздали ли вы. - вернулся я к её вопросу. - И да, и - нет! Мы с Габи уже расписались в мэрии Бонна и теперь мы законные муж и жена! Но, поздравлять и кричать "Горько" - будете потом!
- Значит, опоздали... - вставила мама.
- Нет. Потому что свадьбы ещё не было! Посидели немного с друзьями. А вот теперь, когда прилетели вы и сейчас прибудут родители Габриэль, мы сыграем настоящую свадьбу. Но перед этим, будет венчание в соборе.
- Венчание?! - ахнула шёпотом мама и оглянулась.
- Мам, никто не слышит, не бойся! - засмеялся я. - Вот увидишь, тебе понравится! Я уже бывал в немецких костёлах - очень здорово!
- А ты что ли в бога веришь? - задала вопрос мама.
- А ты нет? - спросил я с улыбкой. - А зачем тогда меня крестила?
- Ну... - замялась она. - Чтобы было всё по-людски!
- Ну вот и мы для этого хотим обвенчаться, чтобы было всё по-людски. - в тон ей ответил я. - Габи всегда верила по-настоящему, поэтому её клятва перед богом, многого стоит. Больше , чем печать о браке в паспорте. - продолжил я. - И для неё, и для меня. И я хочу дать ей такую же клятву, хотя она знает, что я никогда не расстанусь с ней и без клятвы и без печати. Ты же знаешь, это, солнце моё?
- Да! - улыбнулась Габи, сжав мои пальцы. - Как и я!
- А тебе за это ничего не будет? - понизив голос спросила мама. - Мы вон даже крестили тебя в тайне и никому об этом не говорили, хотя, что мне могли сделать? К моим курам не пустить? А ты в армии служишь!
- Да, а когда ты в полк -то возвращаешься? - спросил отец. - Фестиваль ещё не закончился? Что-то он долго...
- Закончился, па. - я слегка напрягся, подойдя к этому неизбежному моменту. - Наши все уже уехали. Ну, почти...
- А ты?
- А мы с Габи остаёмся здесь. - спокойно ответил я. - Пока, во всяком случае.
- Как это остаётесь? - я видел, что мама не совсем понимает, что это означает. В отличие от отца.
- Мы будем записывать с Габи пластинку на фирме Полидор, а затем, скорее всего у нас будут гастроли по ФРГ и может быть по Европе.
- По Европе?! - отец замер. - И тебе разрешили?
- Конечно! - совершенно искренне ответил я. Конечно, я бы остался в любом случае, но так получилось, что остаюсь я с разрешения "высшего командования" Советского союза, так сказать... - Да ты увидишь кое-кого из моих начальников на свадьбе...
- Даже так? - на лице отца оставались следы недоверия. - Что-то я ничего подобного не слышал... Вон даже Магомаеву не разрешили всего лишь на год остаться для гастролей по Франции, а тебе...
- А ты откуда про Магомаева знаешь? - усмехнулся я. - "Есть обычай на Руси ночью слушать БиБиСи"?
- Сам придумал? - удивился отец.
- Да какая разница? Главное, что нам с Габи разрешили. И даже больше - вы с мамой можете здесь пожить сколько хотите.
- Как это?!
А я думал он не сможет удивиться сильнее.
- А где же мы тут жить будем? - перебила его мама.
- Давайте об этом поговорим, когда доберёмся до вашего места жительства. - предложил я. - Сядем за стол, расслабимся, я разрешу Габи бокальчик шампанского и поговорим все вместе.
А поговорить есть о чём. Сразу после того, как мы с Габи переговорили по телефону с моими предками, я задумался над тем, что именно им придётся рассказывать и как? И всё никак не мог определиться с этим. Но видимо над этим думал ни один я, потому как вчера вечером к нам заехал Арнольд.
- Саша, Габриэль, я думаю нам нужно обговорить один вопрос и придти к общему мнению, чтобы не было накладок и непоняток. - начал он с порога.
- Я думаю, что знаю о чём ты хочешь говорить, Арнольд, - кивнул я. - и надеюсь поможешь нам выработать правильное поведение.
- Ну и отлично! - сказал усаживаясь Арнольд. - Итак, сначала хочу послушать, что ты сам думаешь по этому поводу?
- Ты знаешь, сначала я хотел рассказать всё как есть и с любыми подробностями, какие им потребовались бы. - начал я. - Но потом задумался. Особенно после случая с Фредди Меркьюри. Чем больше людей знает обо мне правду, тем больше вероятность утечки, а значит и возрастает вероятность попадания этой информации, скажем так, не тем людям. Даже сейчас обо мне знают уже с десяток человек. И пока это люди абсолютно надёжные и не заинтересованные в распространении её дальше, но если круг посвященных будет расширятся, вероятна просто случайная обмолвка в разговоре или что-то подобное. И тогда последствия могут быть не совсем приятные...
