- Помогаю не я, Габи, это через меня помогают. Моей заслуги тут нет.
- Но Саш, раз помогают через тебя, значит есть и твоя заслуга! Вот почему-то через меня не помогают!
- Ты помогаешь мне, Габи! Ты мой ангел -хранитель, без тебя я не выживу. Так и знай!
- А я - без тебя!
А ведь теперь, наверное так и есть! В прошлый раз Габи смогла жить без меня. Не знаю, чего это ей стоило, но прожила она долгую жизнь и вырастила четверых детей. Надеюсь. Но тогда у нас не было такой любви, мы не проросли душами и смогли пережить потерю друг друга. А сейчас вряд ли...
- О чём ты думаешь, Сашик?
Конечно, Габи сразу чувствует, здесь я с ней или улетел мысленно куда -то.
- Я думаю, что ты права, Солнышко моё! Не сможем мы теперь по одиночке. Только вместе! И меня это радует. Нет, я просто счастлив, что ты моя! Ты же моя?
- Ты ещё спрашиваешь! Милый, единственный сон мой! - пропела Габи и закружилась раскинув руки.
- Сегодня после обеда, в три часа всем прибыть в студию! - дирижёр обвёл оркестр глазами. - Едем с ночёвкой в гарнизон города Борна. Там проводится московская проверка боеготовности. Завтра в шесть утра кросс, поэтому оркестр должен быть уже на трассе.
- В Борне же есть свой оркестр! - с недовольной миной протянул Студников.
Понятное дело, кому охота ночевать в казарме, да ещё чужой? Ладно мы, молодые, а каково сверхсрочникам из-под теплого бока жены?
- Геннадий Александрович, откуда вы всё знаете? - вперил в него Чихрадзе свой орлиный взгляд. - Я это только сейчас узнал в штабе, а вы уже знаете, хотя вас это и не касается.
Студников промолчал. Но всем, кроме дирижёра было известно, что наш гобоист заядлый рыбак и даже в Германии умудрился разузнать рыбные места, куда и сопровождал всё начальство дивизии. Это, кстати ему поможет прослужить в ГДР больше, чем любому другому музыканту, поломав все лимиты.
- Да, в Борне есть свой оркестр, - не дождавшись ответа продолжил дирижёр. - Но командование считает, что чем громче будет музыка, тем больше понравится проверяющим.
Лёгкий гул прокатился по оркестру. Все вспомнили случай с замёрзшими инструментами. "Гениям военного искусства" главное - чтобы было громче.
- Может возьмём два больших барабана? - предложил Вася Онопко. - Вот грохоту будет!
Музыканты засмеялись, но без обычного воодушевления...
- Сейчас я вас отпускаю домой. - дождавшись тишины, добавил Чихрадзе. - Соберите необходимые вещи и в три часа всем быть в студии.
Сверхсрочники с ворчанием понесли инструменты в хранилище и вскоре студия опустела. Нам готовиться к поездке необходимости не было. Никаким имуществом, кроме того, что было на нас, мы не были обременены. А инструменты были тут же, в хранилище.
- Товарищ прапорщик, а далеко эта Борна? - спросил Сергей Сараев.
- Не очень, километров восемьдесят. - ответил старшина. - Но часа три ехать будем. С нашими адскими водителями.
Тут прапорщик был прав. Автомобильному транспорту ГСВГ запрещалось выезжать на автобаны. Всё передвижение происходило по сельским дорогам, но и там скорость была ограничена: машины в колонне двигались не быстрее тридцати километров в час. Мы поедем одни, значит шофёру разрешалось "гнать" с немыслимой скоростью километров в шестьдесят, но учитывая повороты, проезд через деревни и тому подобное, всё равно выходили те же тридцать в час.
" Только бы больше, чем на одну ночь не задержали!", подумал я, начиная уже скучать за моей малышкой.
Стоило мне вспомнить о ней, как душа наполнялась блаженством и я с трудом гасил улыбку, которая наползала на мои губы совершенно самостоятельно. Интересно, я когда -нибудь привыкну к тому, что обладаю самой замечательной девушкой Вселенной? Не хотелось бы... Хочу всегда радоваться как в первый день знакомства.
Мы с Женькой сели на последние места у заднего борта, чтобы хоть что-то увидеть по дороге. Для Жеки это была первая такая дальняя поездка, но и я с удовольствием глазел на всё, что удавалось разглядеть. Почти патриархальный мир 70-х. Сейчас он казался мне таким спокойным и уютным. Да, это не двадцатые годы XXI века, когда буквально каждый день появлялось всё больше признаков, что мир сошёл с ума!
- Ты опять о своей Габриэль думаешь? - Вывел меня из задумчивости весёлый Женькин голос.
- А о чём можно ещё думать, Жека? Всё вокруг тлен и только любовь вечна!
- Ну ты прям филосОф! - засмеялся он. - Что будешь делать, когда служба закончится?
- Ну, до этого ещё нужно дожить, Жека! И всегда есть после срочной, сверхсрочная!
- Ты что, из-за неё на сверхсрочную останешься?! - вытаращил глаза земляк.
Я только улыбнулся. Сам Жека, даже не сказав мне, первый подпишет контракт.
- А ты из-за чего согласился бы остаться?
- Да ну, нафиг! Я - домой! - твёрдо сказал Женька.
Ну-ну!...
