В очередной том «Избранного» произведений известного русского писателя Николая Павловича Задорнова (1909–1992) вошли два его романа одновременно о российской внутренней жизни и о международной. Первый – «Ветер плодородия» – о важнейших для России договорах с цинским Китаем. Это Айгунский договор о границах между странами по Амуру, заключенный губернатором Сибири Н.Н. Муравьевым, и Тяньцзиньский трактат, подписанный графом Е.В. Путятиным. Впервые читателю также предлагаются две части последнего романа автора – «Владивосток», посвященного основанию и развитию нового города на берегу Тихого океана и его определяющей роли во всей истории государства Российского. Особое внимание в нем уделяется непростым отношениям царской России и других держав и закулисным играм их правителей.
Сайт издательства www.veche.ru
Вы держите в руках книгу, состоящую из последних романов писателя Николая Задорнова. Роман «Ветер плодородия» – это последнее, прижизненно опубликованное произведение писателя. Но еще остался не доведенным до конца и, конечно, неопубликованным роман «Владивосток». Отцу очень хотелось рассказать своим читателям историю основания и развития города, который, по его же словам: «повернул мою голову на Восток, на Тихий океан».
По задумке отца роман этот должен был состоять из четырех частей. Первая – «Богатая грива» – воспоминания главного героя предыдущих книг, Алексея Сибирцева, военного губернатора Владивостока в конце XIX века, о том, как проходили определение и опись дальневосточных границ, открытие бухт, заливов и новых мест для заселения края. Желание владеть этим краем было и у других держав. Надо было доказать, что здесь испокон веков были русские поселения. Автор старается заострить внимание на том, с каким патриотизмом и энтузиазмом выполняли свою работу все члены экспедиций. Их не останавливали ни трудности, ни лишения, ни тяготы. Все делалось ими для своей страны, для будущего России.
О сложности международных отношений того времени, о вечном желании крупных держав главенствовать в мире, вести интриги, разжигать ненависть у других государств к России рассказывается во второй части – «Константиновский сезон».
Пока нет возможности представить читателю следующие две части: «Тайпинское восстание» и «Цусима». Эти названия говорят уже сами за себя и подсказывают, к каким важным событиям хотел писатель подвести читателя.
Для осуществления своих серьезных замыслов писатель работал в российских архивах, кропотливо изучал источники, находил людей, готовых предоставить материалы из архивов других стран. Им собрано огромное количество документально подтверждающих все материалов. Это дало ему возможность понять ход мысли его персонажей, проникнуть вглубь их взаимоотношений.
Сегодня нет сложностей в получении любых сведений. А Николай Задорнов создавал свои произведения в годы, когда, по сути дела, не было ни интернета, ни Википедии, поэтому написанию романов предшествовала большая работа, и надо было понимать, что и где искать. Изучение переписки, личных дневников интересующих его лиц дало возможность отцу глубже понять их размышления и действия, почувствовать их настроение. Мне кажется, все, что касается международных отношений в романах отца, актуально и сегодня, а может, даже стало актуальней, чем прежде.
Как дочь, я очень хочу, чтобы, читая эти два произведения, вы почувствовали, как отец любил Россию, как хотел побудить молодых людей к познанию истории своей страны, к подвигам.
Я благодарна Велте Задорновой, Анне Горельниковой, Надежде Гордиенко за их помощь в подготовке этого материала к изданию.
Особая благодарность главному редактору издательства «Вече» Сергею Николаевичу Дмитриеву, который предложил не только переиздать романы Николая Задорнова, но и включить неопубликованное.
Пусть пока хоть часть последнего произведения увидит свет!
…Русские купцы и победили. Победили бедность и безвестность, буйную разноголосицу чиновных мундиров и надутое чванство дешевого, сюсюкающего и картавящего дворянства.
Сибирцев находился на барже с артиллерийскими орудиями и с грузами в трюме, в отдельной каюте на корме, а его матросы на ночь подвешивали гамаки в жилой палубе, как на корабле. На берегах Шилки вербы стали заметны. Вышли на Амур, и там берега в ивах и всюду вербы, как на празднике. Алексей Николаевич плыл по этим рекам впервые. На устье Амура и в Приморских гаванях бывал после кругосветного путешествия, а возвращался оттуда вокруг Африки и через Европу.
Местами лежал снег в разлогах, кое-где видны льдины в заливах и на протоках.
Амур пошел к югу, стало теплей.
Спокойно на барже, шедшей самосплавом и под парусами, с командой из возвращавшихся после отпуска матросов. Как и они, Алексей мог бы отдыхать в речном плавании. Потаенное смятение и перемены настроений не давали ему покоя. Впрочем, и у матросов бог знает что на душе. Нелегко опять надолго покидать близких. Для Тихого океана незаменимы бывалые в кругосветных плаваниях моряки, про них вспомнили. Казаки, шедшие на той же барже и называвшиеся тут лоцманами, содержали судно и груз в порядке, следили за водой в трюме, мыли палубу и несли охрану.
