К общему удивлению, Кармайкл предложил Кеннеди. Кроме него выбрали Нельсона, Макгрегора, Паппаса и Лопеса. Все обязались держать решение в тайне, пока комитет не подаст команды. Договорились также связаться с грузчиками и выяснить их позицию. А тем временем пусть все пакуются — на случай, если придется уходить с судна.
Члены комитета поднялись на палубу. Здесь Нельсон заметил того самого грузчика-негра, по просьбе которого он чинил ящик. Отозвав его в сторону, Нельсон рассказал ему, что было у них на собрании, и спросил, могут ли матросы рассчитывать на помощь докеров, если объявят забастовку.
— Кто его знает, — ответил тот. — За других поручиться не могу, но сам я пикетчиков сроду не предавал.
— Что ж, и на том спасибо, — тихо проговорил Нельсон. И все комитетчики отправились к капитану.
■
В каюте капитана неожиданно оказался юнга Кармайкл. Когда матросы вошли, он посмотрел на них и злорадно ухмыльнулся. Капитан сердито рявкнул:
— Ну, что там у вас? Выкладывайте!
— Капитан, — начал Нельсон, — команда поручила нам заявить, что мы отказываемся везти военные грузы в Россию. Мы требуем погрузку прекратить, а то, что уже на борту, вернуть на берег.
Капитан побагровел, на шее у него вздулись жилы. Он вскочил с места и шагнул к Нельсону; тот отпрянул, ожидая удара.
— Неблагодарные собаки! — заорал Бивер. — Да кто вам сказал, что это оружие?
— Я видел своими глазами, — спокойно ответил Нельсон.
— А хоть бы и так! Ни груз, ни место назначения вас не касаются. С каким удовольствием я выгнал бы всю вашу босяцкую команду на мостовую! Впрочем, я понимаю, — капитан сбавил тон, — кто-то вам мозги забивает баснями о русской революции. Давайте успокоимся и спустим пары. Будем считать ваш приход сюда, ошибкой. Возвращайтесь по местам и выкиньте все эти глупости из головы. У меня и без вас дел по горло. Ступайте!
— Но это совсем не так просто, — возразил было Нельсон, — груз, который...
Капитан не дал ему кончить.
— Вон отсюда! — заревел он. — Не уйдете — вышвырну!
Матросы вышли один за другим; юнга Кармайкл остался в капитанской каюте.
— Ну и мразь этот Кармайкл! Видали? — сказал Нельсон, когда они вышли.
— Да, действительно! — подхватил Кеннеди. — Мне в голову не приходило, что этот гаденыш еще и доносчик. Уже понес на хвосте, поторопился доложить капитану.
— Так что будем делать? — спросил Лопес.
— В первую очередь надо, чтобы загасили топки, — сказал Нельсон.
— Ну-ка, Паппас, иди с Макгрегором в котельную.
...Над морем густел туман. Тревожно завыли сирены, откуда-то издалека доносились удары судового колокола, оповещавшего гавань, что какой-то пароход бросил якорь и простоит на рейде всю ночь. Несколько буксиров еще пыхтели во мгле, давая резкие гудки.
Шагая по палубе, Нельсон услышал звук замирающих механизмов. Он присмотрелся: грузовые стрелы остановились. Один контейнер повис в воздухе, и машинист, отчаянно ругаясь, напрасно пытался опустить его в трюм.
— Не старайся попусту! — крикнул ему Нельсон. — Пара не будет, команда забастовала.
По трапу уже бежал стивидор.
— Что за чертовщина здесь происходит? — крикнул он машинисту.
— Пара нет, — ответил тот.
В этот момент электрический свет замигал и стал меркнуть. Когда члены комитета вошли в кубрик, матросы ходили с карманными фонариками, а кто-то зажег керосиновый фонарь.
— Ничего, ребята, это проба сил! — крикнул Нельсон. — Помните: что бы ни случилось, держаться дружно и не давать им себя запугать.
Вошел Рейнгард и предупредил, что сюда направляются какие-то люди. Это оказались капитан, два его помощника и старший механик.
— Довольно, ребята! Побаловались — и хватит! — с ходу заорал Бивер. — Даю вам ровно минуту подумать и вернуться на свои места. Принимайтесь за работу! А нет, так я вас всех, мерзавцев, вышвырну на берег. И будьте уверены, я не успокоюсь, пока все вы не будете занесены в черные списки. Потом сто лет ни на одно судно не устроитесь!
— Мы не возобновим работы, пока не будут приняты наши требования, — твердо ответил Нельсон.
— Требования! Требования! Да провалитесь вы с вашими требованиями! Два часа слышу одно и то же — заладили, и ни с места! А ты, чертов агитатор, — капитан сделал шаг в сторону Нельсона, — считай себя уволенным с этой минуты! Все остальные приступайте к работе немедленно, а ты, я сказал, — он ткнул пальцем в Нельсона, — ты уволен. Собирай барахло — и на берег!
Не дав Нельсону ответить, выступили вперед Макгрегор и Паппас.
— Не выйдет, капитан, — сказал Макгрегор, — увольнение Нельсона ничего не изменит. Требования команды остаются в силе. Пока на судне весь этот арсенал, оно ни на фут не отойдет от причала. Мы требуем, чтобы вы отказались от такого груза.
— Ах, так! — взревел капитан. — А вы отдаете себе отчет, какую заварили кашу? За бунт на корабле пойдете под суд и запросто схлопочете по двадцать лет каторжных работ! Не думаю, чтобы вам это улыбалось!
— Судно не в море, — крикнул Нельсон, — оно находится в американском порту, и это американское судно. А кроме того, мы объявили забастовку. И не пытайтесь нас запугать!
