Где-то внутри Лехи казалось снова щелкнул невидимый тумблер, отчего он снова стал серьезен, положил Сереже руку на плечо, внимательно посмотрел и тихо, но отчетливо сказал:
– Делать то, что нравится, и не делать того, что не нравится.
– Все? Это весь рецепт? – фыркнул Сережа.
– Все. Очень сложно и очень эффективно.
– Да это же полный бред. Анархия какая-то. Сказал и не подумал, да?
– Думать тут как раз не надо. Тебе стоит сократить зазор между желанием и действием. Как только видишь, что начинаешь гонять что-то в голове, – тормози. Можешь, например, сразу падать на пол и отжиматься – будет дополнительная польза, – Леха засмеялся.
– Пошли к машине, – сухо сказал Сережа.
– А нимфы? – мечтательно огляделся Леха, но вместо ответа Сережа ускорился.
Пройдя быстрым деловым шагом через толпы гуляющих, они вернулись к машине и молча сели. Леха взялся за руль, а потом передумал и выключил передачу.
– Нет, я так не уеду. Мне нужно женское внимание, и я его получу. С этими словами он приподнялся над лобовым стеклом и стал крутить головой.
– Да сядь же ты, животное, – с раздражением сказал Сережа и дернул его за ремень. – Это и есть твой божественный дар, да? Куда ты ее сажать собрался – в багажник засунешь?
– Да, Серый, все так и есть. Мое животное сильное и здоровое. А твое – туповатое и занудное. И посажу я ее вместо тебя, а ты пойдешь лесом, потому что задолбал гундеть. Хмыкаешь, хрюкаешь, нос свой воротишь. Чего я, не вижу, как ты меня слушаешь и кривишься весь? Мне это надоело. С нимфой я покувыркаюсь сладко, и будет нам обоим хорошо.
– Вот и вали, – Сережа открыл дверь и поставил ногу на тротуар, но Леха схватил его за плечо.
– Чего такой резкий – у меня что ли научился? Я ругаться с тобой не хочу, – Леха говорил дружелюбно и одновременно твердо. Я соскучился и рад встретиться, просто мне тяжело смотреть на твою морду кислую, вот и пытаюсь помочь, тем более что ты сам просишь. Знаешь, как это классно – оставить свои загоны? Вообще другая жизнь начинается. Я сам так сделал и тебе желаю как другу. Но если ты хочешь сегодня ходить с кислой рожей – дело твое. Ищи свой каршеринг и катись на нем. Как нищеброд. Хахаха!
Последние слова сопровождались обворожительной улыбкой и искренним заливистым смехом. Леха гоготал так сочно, искренне и беззлобно, как это умеют делать только добрые хорошие друзья.
В этом смехе была странная сила. Сережа почувствовал, что его тело тоже хочет смеяться, но не может, потому что что-то ему мешает. Словно где-то была невидимая заслонка. Ему вдруг вспомнился сеанс у Дзико, и в тот же момент он осознал эту заслонку внутри себя, и увидел, где и как сам ее “держит”. Причем давно и крепко. И тогда он ее отпустил.
Все это случилось за долю секунды и смех, как долго сдерживаемая плотиной река, начал сотрясать его изнутри. Так сильно он не смеялся очень давно, с далекого детства, когда папа рассказывал особо смешную шутку. Смех был каким-то странным, очень скоро Сережа даже забыл, над чем они с Лехом смеются, но тело его продолжало корчиться и трястись, как это бывает от смеха. И Леха, глядя на него, тоже трясся. Казалось, будто где-то замкнулась невидимая цепь, заставляющая их так дико ржать.
Время растянулось и перед ним с бешеной скоростью проносились картинки из детства, где он смеялся с папой, звуки и запахи московского вечера, глаза Дзико, Леха и он сам в своих разных возрастах. “Надо же как классно бывает, а я и забыл”, – подумал он. Проходящие мимо прохожие с удивлением смотрели на двух молодых мужиков в кабриолете, которые до слез корчились от смеха на переднем сиденье. Наконец они прекратили смеяться и затихли.
– Понимаешь, да? – спросил Леха, когда дыхание восстановилось. – Не люблю жить скучно и другим не советую.
– Понимаю, – ответил Сережа, переводя дух. – Ну чего – найдем тебе женскую компанию?
Леха улыбнулся и помотал головой, заводя мотор.
– Я сейчас пока смеялся, подумал – ну что мне эти шакти – они тут каждый день ходят, а с тобой я год не виделся. И потом я с нимфой так поржать не смогу.
– Я тронут. Давай только дальше без проповедей о том, как жизнь устроена, ладно?
– Попробую. Но жизнь, как ты помнишь, богаче придуманных схем, – Леха включил передачу и вырулил на дорогу.
В поисках свободы
– Это новая моделька, очень хорошо берут. Если позволите поинтересоваться – вы для каких целей кроссовки подбираете – спорт, отдых?
Звонкий голос принадлежал пареньку-консультанту в черной футболке с надписью staff. Он смотрел на Сережу и выжидательно молчал, пытаясь приладить куда-то непропорционально длинные руки. Выглядел паренек очень молодо.
– Привет, – сказал Сережа. – Цели очень прагматичные – хождение, сидение, стояние и немного лежания.
– Понятно, – серьезно кивнул паренек. – По цвету есть предпочтения?
– Недавно сюда устроился?
– Да, – паренек осторожно улыбнулся. – Позавчера вышел. А как вы поняли?
– Это несложно. Ну и как – нравится?
– Ваще норм. Дома все равно делать нечего, а друзья разъехались.
– А ты чего не разъехался?
