…Часом позже он сидел на краю поля, раскинувшегося возле деревушки, и молча наблюдал, как крестьяне хоронят его напарника. В нищей деревне все-таки нашлись доски для простенького гроба, в который положили тело лейтенанта. Двое крестьян вырыли могилу, потом к ним присоединилось еще двое, которые помогли им опустить туда гроб. Кто-то принес фанерку и черную краску, начертал на фанерке слова и приколотил ее к установленному возле могилы столбику. Закончив работу, вьетнамцы как ни в чем не бывало вернулись на заболоченное рисовое поле и продолжили возделывать его.
— «Тут лежит американский летчик Билл Джей Роджерсон», — перевел вьетнамец, когда Уатт спросил его о табличке.
— Откуда вы знаете его имя?
— Нашивка на комбинезоне.
Капитан сидел и размышлял, что теперь делать. Оружие и радиомаяк у него сразу отобрали, рядом постоянно находился автоматчик… Руки, правда, не связывали — бежать ему все равно было некуда. Вьетнамец даже не снимал автомат с предохранителя. Черный дым на западе от деревни, обозначавший место падения его самолета, превращался в тоненькую струйку, таявшую над самыми вершинами деревьев. А вертолеты все не появлялись. На душе Уатта скребли кошки.
— Чего мы ждем? — спросил он.
— Машину, — пожал плечами автоматчик. — Везти тебя в лагерь.
— В какой?
— В какой скажут…
На этом разговор закончился. Вскоре подъехал потрепанный грузовик, и крестьянин передал Уатта сидевшим в нем солдатам.
— Поехали, Чарли! — сказал один из них, указав стволом на кузов. Уатт забрался в машину, конвой влез следом, и грузовик, фырча стареньким мотором, потащился по пыльным вьетнамским дорогам.
…Когда зенитные ракеты настигли самолет Хадсона, Джелли находился в нескольких километрах позади остальных. Он увидел далеко впереди яркую вспышку взрыва и вызвал по радио остальных.
— Том сбит, — ответил Маккензи. — Капитан еще держится, но не отвечает, видать, рацию повредило… А, черт, он катапультировался!
— Передай на базу его координаты, — приказал Джелли. Как ни крути, командовать группой теперь предстояло ему. — Следуй дальше, за «Ласками». Я скоро догоню тебя.
— Есть.
— Пит, у нас проблемы! — встрял в переговоры оператор Джелли, Мэтью Робинсон. — МиГи…
— Где? — Джелли покрутил головой и вдруг наткнулся взглядом на самолет, летевший параллельным курсом. Острый нос, стремительный профиль, — «двадцать первый» МиГ было трудно не узнать или спутать с каким-то другим самолетом.
— Дерьмо… — процедил сквозь зубы лейтенант.
— Еще двое слева!
Джелли посмотрел влево и чертыхнулся — там тоже маячили МиГи. Ровно два.
Ситуация была хуже не придумаешь — их взяли в клещи. Можно было, конечно, попробовать сбросить громоздкий топливный бак, висящий под фюзеляжем, и попробовать удрать от них на форсаже, — но Пит не был уверен, что сумеет оторваться, потому что МиГ-21 разгонялся чуть быстрее «Фантома». А ввязываться в маневренный бой Джелли было не с руки — его более тяжелый истребитель хуже маневрировал, чем русская машина, да к тому же не имел встроенной пушки и был вооружен одними ракетами. Их, увы, по вражескому самолету пускать можно было не всегда — тепловые головки самонаведения не «видели» цель ближе пятисот метров, а также на фоне земли и против солнца…
— Пит, они нас зажимают! — с тревогой в голосе заметил Мэтью.
— Вижу, — огрызнулся Пит. — Готовься к бою!
Пит резко убавил газ и на секунду выпустил воздушные тормоза. МиГи выскочили вперед, и Джелли, резко добавив газу, поддернул нос самолета, ловя в прицел того противника, что оказался левее него.
— Мы слишком близко! — заорал оператор. — Нет!!!
Если цель находилась ближе, чем в пятистах метрах, ракета, даже захватившая ее, не успевала разогнаться и довернуть в сторону цели. И тратилась зря. Поэтому все правила строго-настрого запрещали пуск, если дистанция между противниками была меньше минимально разрешенной.
— Заткнись! — Пит нажал на кнопку «Пуск» еще до того, как зуммер оповестил о захвате ракетой цели. Однако «Садвиндер» даже не сошел с пилона — то ли оказался неисправен, то ли бортовая аппаратура блокировала запуск. Стрелка указателя скорости подползала к красной отметке, за которой следовал срыв в штопор. А из него «Фантом» на такой высоте не выходил — требовалось минимум два километра…
— Черт! — Пит сбросил подвесной бак и врубил форсаж. Стрелка на секунду замерла, потом двинулась обратно, показывая, что скорость растет. МиГи также выпустили на мгновение воздушные тормоза, и теперь снова летели рядом. Их разделяло метров пятнадцать-двадцать, не больше.
— Уф! — выдохнул лейтенант.
