Ленку Федотову отправили взять интервью в одну из вымирающих деревень Солнечногорского района. Там проживало несколько стариков, упорно не желавших покидать родные места и в течение трех лет мучавшихся из–за отсутствия магазина. До райцентра было десять километров. Старики, по очереди, добирались до города и закупали хлеб, продукты и лекарства на себя и соседей. Редактор поставил задачу так: «Показать, почему вымирают деревни». Автобус мимо деревни проходил дважды в сутки. Утром и вечером. Ленка еще накануне, по своим каналам, выяснила, что у нее будет в запасе сорок минут. За это время она надеялась успеть взять интервью и сделать несколько снимков.
Встать пришлось в четыре утра. Пока накрасилась, расчесалась, попила кофе и переоделась, пробило пять. Родители спокойно спали. Она еще накануне попросила мать не вставать из–за нее. Выскочила из подъезда со старенькой сумкой на плече, в которую с вечера забила диктофон, фотоаппарат, запасные батарейки и пленки, а так же блокнот и пару ручек. От утренней свежести застегнула джинсовую куртку на все пуговицы и пожалела, что вниз одела лишь маечку без рукавов. Стараясь согреться, повесила сумку через плечо и забила кисти рук в рукава. Каблучки босоножек четко отпечатывались на асфальте «чок–чок–чок».
До метро пришлось идти пешком. Она давно знала, что автобусы и троллейбусы в это время ходят редко. С удовольствием нырнула в теплый холл метрополитена. В полупустом вагоне добралась до метро «Комсомольская». Выскочила на поверхность. Солнце поднялось над горизонтом и стало заметно теплее. Она расстегнула куртку и огляделась. Сон окончательно пропал и она улыбнулась нахохленым пассажирам с сумками и пакетами, спешившим к метро. В пригородных кассах Ленинградского вокзала купила билет до Солнечногорска.
Первая пакость поджидала на станции. Толстая тетка с букетом крупных ромашек, выходя из вагона ткнула ей в светлую маечку цветами и даже не извинившись, прошла мимо точно слон. На светло–бирюзовой ткани мгновенно появились желтые пятна. Ленка попыталась стряхнуть пыльцу, но не тут–то было! Пятно стало еще заметнее. Ленка расстроилась и из–за этого едва успела нырнуть в нужный автобус. Заметила в зеркале усмешку водителя, когда она, вскочив на подножку, едва не грохнулась на ступеньке. Автобус тотчас отправился. Кондуктора не было и ей пришлось подходить самой к шоферу. Отдав деньги, билета не получила. Удивленно спросила:
— А билет? Мне отчитываться за поездку!
Мужик в грязной джинсовке с недовольным видом оторвал ей билеты и что–то пробурчал под нос. Она разобрала лишь последние слова: «Ездят тут всякие командировочные…» и возмутилась:
— Какое вы имеете право меня оскорблять? Вы обязаны выдать билеты каждому и без нотаций, пожалуйста! Если не довольны, найдите другое место работы. Я обязательно пожалуюсь сегодня вашему начальству на хамство! Ваша фамилия?
Ленка достала журналистское удостоверение и блокнот с ручкой, решив поставить хама на место. Водитель тут же пошел на попятную и принялся извиняться. Она дала себя уговорить и ушла в конец автобуса. Села там, глядя на пролетающие мимо перелески и деревушки.
Закончить с репортажем за сорок минут не удалось. Она и сама не заметила, как прошло два часа. Федотова была девушкой доброй и жители это сразу поняли. С сочувствием выслушивала сетования стариков на отсутствие магазина, на безразличие районного начальства, на частое отключение электричества и отсутствие газового снабжения. Записала просьбу: присылать хоть раз в неделю автолавку с хлебом и продуктами, где они могли бы заказать для себя еще и лекарства. Репортаж становился все интереснее. Она сделала множество снимков и полностью заполнила воспоминаниями жителей кассету с диктофона. Напилась свежего коровьего молока с рассыпчатыми сдобными «преснушками», которые ей принесла словоохотливая бабулька, похожая на колобок. Опомнилась часов около десяти и аж подскочила. Деревенские мигом заметили ее беспокойство. Одна из старушек, худенькая и щупленькая, спросила участливо:
— Торопишься на работу успеть, миленькая? Уж больно ты хорошо нас выслушала. Давненько с нами никто так не беседовал. Начальство один раз приезжало, да что толку? Проехал туда–сюда по деревне, даже не остановился… Может и будет толк от твоего интервью. Сейчас–то ведь легче ходить в центр — лето, а вот зимой нам сущая беда наступает! Мерзнем, пока ждем, а автобус порой и вовсе не приходит. Он не раньше четырех будет, так что ты на часики не смотри. Машины у нас редкость. Если хочешь, можешь пешком до станции добежать. Ты молоденькая. Здесь по прямой и шести километров не будет. У города тропка путаная, да может кого встретишь…
Федотова ухватилась за слова:
— Бабушка, вы мне подскажите, где идти. Пожалуйста. Мне в редакцию надо. Репортаж ваш в завтрашней газете появиться должен.
Старушка довела ее до неприметной тропки за домами:
— Вот по ней и иди. Прямо к станции выйдешь. Там несколько ответвлений будет, так ты не сворачивай, так и ступай прямо.
