Ветер ворвался в комнату, сбил с камина подсвечники, уронил книги. Справочник по целебным растениям взвился под потолок и, шелестя страницами, грохнулся на перила второго этажа. Эмиль и Эрик содрали со стены картину, чтобы загородить дыру в окне, но ураган тотчас выбил ее из рамы и утащил прочь из дома. Я видела, как воздушным змеем вспорхнула она над деревьями. А ветер меж тем листал страницы книг, хватая одну за другой, точно искал что-то и никак не мог найти. Заскрипели крепкие двери, замок надломился, ветер ринулся в чулан, а оттуда — в башню!
Едва я успела подумать, что Белой Гильдии не с руки погибать под обломками собственного дома, как внезапно налетевший ветер так же внезапно исчез. Исчез, как не бывало. Растрепанные деревья прогнулись и выпрямились, книги рухнули на пол, звякнули задвижки, окна и двери замерли, трубы подавились и замолчали. Осталось только куча пепла на полу перед камином. И тишина…
Какое-то время все молчали.
Раздался скрип. Еще.
— Полка! — крикнула я.
Высоко из-под потолка, где ветер выдернул штифт, накренилась и посыпала книгами дедушкина полка. И все остальные полки, надежно скрепленные между собой, стеной поползли на нас.
Ребята бросились вперед, успев подставить под бесценную мебель высокие плечи. Шкаф осел на братьях, как выступающий балкон, и замер.
— Этажерку! — громогласно потребовал Эмиль.
Мы с Ив приволокли этажерку. Вскарабкались, нажали на полку.
— Бесполезно! — отчаянно ломая ногти о наваливающееся дерево, воскликнула Ив.
— Книги! Сбрасывай книги! — приказал стиснутый четырех метровым шкафом Эмиль.
Энциклопедии, приключения, романы и повести, рукописи и Королевский печатный двор прошлого века полетели на пол. Шкаф полегчал, полку тотчас удалось запихать на место.
— Ведьма, а? — высказался Эмиль. — Ураган что надо! Итта, может объяснишь, что это вообще было?
— Думаешь, ее рук дело? — рассмеялся из-под потолка Эрик.
Он стоял на этажерке, как аист на крыше, и ладил сорванные в пролете полки на старые крепежи.
— Все может быть! — продолжал рассуждать Эрик. — Темная колдунья не хочет сажать табак и злится на своего парня.
Все засмеялись, этажерка покосилась, отчего Эрик чуть не рухнул. Только мне было не до смеха:
— Не паясничай, Эр! Это был волшебный ветер!
— Да ну! — Эрик спрыгнул с этажерки и, язвительно щурясь, вручил мне отвертку. — Так уж и волшебный?
— Ты дурак, да? — возмутилась я. — Ветер… он напал на нас!
— То есть как?! — не понял Эрик. — Специально напал? Ты не надышалась краски случайно? Я там видел, всю веранду выкрасила.
— Да послушай ты! — я начинала злиться ни на шутку. — В Долине не было ни ветра, ни урагана, Эр! Ветер был только здесь! Здесь и нигде больше! Он словно прилетел сюда специально и набросился на Дом С Золотым Флюгером…
— Скорее уж на Дом Без Золотого Флюгера, — хмуро перебил Эмиль. — Ну все, успокойтесь уже! Книги потом поставим. Пошли посмотрим сад…
Все, что произошло в саду, смахивало скорее на нашествие серных ведьм, чем на ветер. Повсюду валялись обломанные ветки, даже в колодце было полно сучьев и почерневших листьев. Ведро нашлось в кустах жасмина. Конечно, Ив тут же обнаружила разлитую краску.
— Хорошенькое дело! — возмутилась она. — Ветер испортил нашу дорожку! — Она огляделась и поплотнее закуталась в куртку. — А что с верандой? Итта?
Белая веранда больше не была белой. Свежая краска наморщилась, а прошлогодние листья, с досадой брошенные ветром, безнадежно прилипли к ней неаккуратно и хватко. Я только вздохнула.
Флюгер лежал перед домом. Привалился на бок, уткнувшись носом в ростки маргариток. Эмиль с трудом поднял его и очистил от земли золотую львиную голову.
— Флюгер мы починим! — уверенно сказал он.
— Жалко боярышник! — Ив погладила сломанный ствол.
Что и говорить, боярышник было действительно жалко. Бочка для дождевой воды, точно пронзенный гвардеец, лежала на боку и истекала прозрачной кровью. Мы обнаружили еще два разбитых окна на чердаке, дверь от сарая упала и придавила собой пресловутую табачную рассаду.
Устояла только лопата. Эрик обошел вокруг нее и торжественно призвал нас убедиться в том, что никому не под силу сразиться с ним, даже урагану.
— Ветер может вернуться? — спросил меня Эмиль.
— Не знаю, — почему-то солгала я.
Сад выглядел удручающе, надо было попытаться спасти боярышник и спровадить Эрика на кухню. Не помешало бы выпить кофе.
Это было только начало. Предстояло вычистить печи, починить бочку, расставить по местам все книги, убрать битое стекло и, самое сложное, — водрузить назад на крышу наш флюгер. Дел прибавилось настолько, что пресловутые грядки показались нам ерундой и забавой. Но главное, ветер начисто выдул из меня надежду на то, что все обойдется. Я знала — он вернется…
