Внезапная замена машины привела механиков и стражников в смятение, но Гурни отмахнулся от них, быстро перенес припасы и проверил уровень топлива и системы орнитоптера; Ирулан и Джессика ждали в ангаре. Обе высокопоставленные дамы выглядели здесь совершенно неуместно.
Удовлетворенный подготовкой, Гурни протянул руку и помог женщинам сесть. Они пристегнули ремни. Он запустил двигатели и удлинил крылья.
Машина летела от крепости Муад'Диба в пустынную ночь. Над головой светили обе луны, разделенные на небе большим расстоянием. Гурни через плаз кабины смотрел вперед; машину болтало в турбулентности, вызванной резким падением температуры после заката. Они пролетели над зубчатым гребнем Защитной стены.
Джессика глубоко вдохнула.
– Я хотела, чтобы ты был нашим пилотом, Гурни, потому что безраздельно доверяю тебе. Даже если Дункан – прежний Дункан, Алия слишком поработила его. – Она взглянула на Ирулан, гибкую, красивую, но не хрупкую. – А я не уверена, что разделяю все намерения Алии. То, что я собираюсь рассказать – вам обоим, – я требую хранить в полной тайне. Алия не должна этого знать.
Гурни, хоть и был сосредоточен на управлении машиной, встревожился.
– Я всегда верен тебе, миледи, но мне не нравится, что матери проходится иметь тайны от дочери.
Джессика вздохнула.
– Это тайны моего сына, и они касаются и тебя, Гурни. В Арракине чересчур много ушей и глаз, в Табре тоже. Нам нужно побыть одним. Совсем одним. – Она наклонилась к уху Гурни и заговорила, перекрывая гул движущихся крыльев. – Найди место для посадки – какой-нибудь не очень заметный скальный выступ. Начав говорить, я потребую вашего полного внимания, и это может занять какое-то время.
Летя над открытой пустыней, Гурни миновал несколько низких хребтов, черных островов в песке, но они ему не понравились. Наконец он выбрал скалу достаточно далеко от их намеченного маршрута. Сделал круг и принялся возиться с приборами на панели управления.
– Могу изобразить небольшую поломку. В журнале будет отмечено, что нам потребовалось сесть и произвести ремонт.
– Отличная мысль, Гурни.
Он опустил машину на неровную поверхность, где они оказались совершенно одни.
– Надеюсь, миледи, это место подойдет. Поблизости нет никаких тайников или сиетчей фрименов. Слишком маленький пятачок, чтобы для чего-нибудь сгодиться.
Глаза его блестели, но Джессика видела в них страх. Ему не нравилась перспектива выслушать ее историю.
Джессика приладила носовые затычки, надела маску и проверила все детали своего защитного костюма.
– Идемте. Мы пойдем в скалы, подальше от орнитоптера.
Невозможно быть излишне осторожной. В сопровождении двух спутников она молча вышла в пустынную ночь.
Джессика отвела их к большой нависающей скале, откуда был виден орнитоптер, похожий на крупное неуклюжее насекомое. Они сели на неровную поверхность. Вокруг шумел ветер.
Ирулан приготовилась, внимательно ожидая в тени скалы.
– С нетерпением жду объяснений, почему ты так защищаешь Бронсо.
Гурни встрепенулся.
– Я тоже хотел бы это знать, миледи, но не спрашивал, как ты и просила.
– Вам известно, какую жестокую правду я узнала о Пауле, а теперь вы узнаете, почему – ошибочно – я решила, что должна убить родного сына.
Прежде чем слушатели смогли опомниться после ее слов, она перевела дух, собралась с мыслями и заговорила открыто:
– После смерти эрла Ромбура в 10 188 году дом Верниус очень долго был отчужден от дома Атрейдес. Но двенадцать лет спустя, после худших крайностей джихада, когда Пауль был императором, события снова свели два этих дома…
