Комната не показалась такой уж обжитой, зато одну стену целиком занимал роскошный страж-пульт со многими экранами, а в кресле оператора задумчиво оцепенело хрупкое существо в черной мантии.
Без единого шороха гигант соскользнул по стене вниз, однако оператор с внезапной живостью обернулся. И Горну открылось его безупречно гладкое правильное лицо, без возраста и пола.
— Вот мы и встретились, — вкрадчиво произнес исполин. — Не ждал меня, Ат?
Верховный Хранитель приветливо улыбнулся и жестом пригласил гостя сесть, однако Горн не шелохнулся.
— Честно сказать, нет, — ответил Ат. — Конечно, мы старались за тобой следить, но теряли из вида постоянно: слишком ты непредсказуем.
— Вам всегда недоставало фантазии, — объяснил Горн. — Наверное, это плата за спокойствие?
— Но теперь наконец угомонился и ты? — возразило существо. — Куда подевался твой гнев, Горн?
— Зачем же тратить его на вас? Вы лишь носители функции, не более.
— Тебе не нравится функция? — удивился Хранитель. — Разве мы не одариваем людей знанием?
— Вы его воруете, Ат, — точно тараканы с хозяйского стола. А на что людям ворованное?
— Для счастья.
— В рабошлемах?
— Но они же обязаны трудиться, иначе вымрут. Зато труд не станет им в тягость, ибо их разум мы займем другим.
— Станете с ложечки кормить украденными знаниями?
— Будем наделять радостью, заимствованной у Безымянных, — поправило существо. — Поверь, самыми несчастными на планете останемся мы, Хранители, да немногие наши помощники.
— Знаю я ваше фальшивое счастье! — усмехнулся Горн. — Имел случай распробовать.
— Тебе не понравилось?
— Совершенно.
— Что ж, всегда были и будут исключения. Только зачем же навязывать свои вкусы другим?
— И это говоришь ты, господин Верховный Обманщик?
— Мы бы с охотой предоставили всем свободный выбор, только кто же нам такое позволит?
— И снова лжешь, Ат!.. Просто вы понимаете, что на ваше ущербное счастье клюнут немногие.
— Хорошо, Горн, пусть так, — отступило существо. — Но разве они уже созрели для решений? Разве они сумеют правильно выбрать? Посмотри же на них!..
— И все-таки я постараюсь, чтобы ваши дары до них не дошли, — пообещал гигант. — Чего ж странного? Я ведь тоже носитель — функции свободы.
— Скорее уж хаоса, — со вздохом поправил Ат. — Ты умеешь только разрушать.
— Как будто не вы сделали из меня убийцу!.. — хохотнул Горн. — Но вот рабом мне уже не быть — тут вы промахнулись.
— Мы открыли тебе Вселенную, — возразил Хранитель. — И это лишь начало.
— Так вы для этого ломали мне психику животными позывами? Думаете, во Вселенной мало уродов и помимо нас?
— Вспомни, Горн, каким ты был, — призвало существо. — А кем стал сейчас?
— Чудовищем, — бесстрастно ответил гигант. — Самодостаточным и потому обреченным на одиночество. Этого вы добивались?
— Но разве мы не наделили тебя целью?
— Познание? — Горн хмыкнул. — Знаете, в чем вы ошиблись? Всегда проще возводить новое здание, чем перестраивать старое. Кое-что из прежней жизни слишком глубоко во мне засело, и никакой ломкой это уже не выкорчевать. А цель у меня осталась та же, и я ее добью!..
— Это объявление войны?
— Вовсе нет, — ответил Горн. — Всего лишь продолжение.
Хранитель задумчиво поглядел на него, улыбнулся.
— А не переоценил ли ты свои силы, богатырь? — спросил он. Затем протянул руку в сторону Горна и развернул ладонь вертикально. Растопыренные пальцы странно шевелились, будто что-то нащупывали в пустоте, а находя, застывали — по одному. И только замер последний, как в спину гиганта ударил могучий поток воздуха. Его качнуло, и пришлось выставить вперед ногу, чтоб не упасть.
Зато изящного Ата ветер не поколебал совершенно, даже его волнистые волосы не шевелились, словно окаменели. А ветер все усиливался, с гулом прорываясь по коридорам, принося с собой многовековую пыль, клочья пушистого мха, неистребимый мусор. И все это исчезало перед самым Хранителем, втягиваясь в его ладонь.
Неуверенно Горн тоже выставил руку, расправил кисть. Знание оживало в нем, медленно и мучительно пробиваясь наружу. Закрыв глаза, исполин вслушивался в себя, и каждое шевеление пальца рождало в нем новое состояние. Он настраивал себя в унисон с пробуждавшимся знанием, приближаясь к цели с каждой секундой…
Внезапно ветер оборвался, и ровный голос Ата произнес:
— Это лишь демонстрация, дорогой наш Горн. И не самая убедительная, поверь. Или тебе больше понравятся молнии?
Гигант тоже уронил руку и оскалил зубы в усмешке.
— Что же, спасибо за науку, — ответил он. — И как далеко умеете вы пробивать пространство — на тысячу локтей, на две? Откуда ж возьмется здесь такой перепад напряжения?.. Нет, Ат, про молнии — это ты врешь!
Горн перевел взгляд на экраны, охватив сразу их все, но не увидел там ничего, кроме надоевших пейзажей и пещер Огранды, уже заполненных тысячами спешащих людей — будто муравьями, сбежавшимися попировать на трупе.
— Созерцаешь? — спросил он, ухмыляясь все шире. — Забавные букашки, верно?
