– Возьми с собой денег! – бросила ей Сэм. – И вези меня к Чарли, быстро!
Еще только начинало светать, но район понемногу оживал. Бодэ окликнула трехколесный кэб, они сели,
– Королевская башня Сикобо, – приказала Бодэ, – и побыстрее!
Возница давно перестал удивляться, если его седоками оказывались люди самого странного вида. К
Тому же они, как правило, хорошо платили. Кэб покатил по улице.
– Когда ты послала ей это?
– Утром. Когда Бодэ ходила на рынок.
– Значит, это было у нее весь день. Она принимала сегодня клиентов?
– Нет. Это не полагается ни в день приема снадобья, ни на следующий.
– Тогда мы еще можем успеть. Может быть, она еще не приняла твое зелье.
– Нет, дорогая, – вздохнула Бодэ. – Мы уже опоздали. Раньше у нее всегда был день, чтобы все обдумать, но действие последней порции снадобья не должно было кончиться до следующей недели. Когда она получила эту бутылочку с печатью Бодэ, она еще была Шари. Посыльному было велено передать ей, что госпожа приказывает принять это. Бодэ не хотела предоставлять ей выбор. Все уже было готово для нового дела.
– Черт побери! Ничто не постоянно, кроме смерти. Ты составила эту дрянь. Ты сможешь и повернуть все обратно!
– Дорогая, это невозможно. Мозг – он вроде того шкафчика с картотекой, что стоит у Бодэ. В верхнем ящичке – Чарли. В следующем – Шари. Душа – это человек, который подходит к шкафчику. Без снадобья она может выдвигать только один ящичек – Чарли. С обычным снадобьем она может выдвигать только ящичек Шари, но другой при этом все еще здесь. А если принять постоянное снадобье, все карточки из ящичка Чарли как бы уничтожаются.
Их больше нет. Остается только Шари. Она будет помнить только то, что было, пока она была Шари, – ничего больше.
– Если это так, я тебя убью.
– Бодэ с радостью умрет ради тебя, только прикажи.
В башне был привратник, но Бодэ знала пароль. Он покосился на Сэм с явным неодобрением, но все же пропустил их. Внутри были два подъемника без дверей. Бесконечная цепь кабинок двигалась непрерывно и очень медленно.
Сэм выпрыгнула следом за Бодэ, поскользнулась, услышала громкий треск – штаны лопнули на бедрах. Ну уж на это-то ей было наплевать. Вторая дверь направо. Ключ не понадобился – дверь была всегда открыта для прислуги.
– Сколько времени нужно, чтобы твое чертово зелье отбило у нее память? – спросила Сэм.
– Оно наводит сон с чудесными сновидениями, дорогая, и он длится двенадцать часов. Потом она проснется обновленной.
Квартира была действительно прекрасная, очень роскошная. Все комнаты были убраны по-разному, но так, чтобы соответствовать облику Чарли. Они прошли через гостиную, столовую. Сэм остановилась у входа в маленькую кухоньку, потом вошла и увидела на столе возле мойки бутылочку. Маленькую золотую бутылочку с личной печатью Бодэ – печать была сломана, бутылочка пуста! Она со злостью швырнула ее о стену и кинулась в спальню, которую почти целиком занимала огромная кровать в форме сердца.
Чарли, обнаженная, спала на шелковых простынях, и ее совершенная, абсолютная красота снова поразила Сэм. Даже поза спящей, даже выражение сонного лица были чувственны.
– Чарли! Проснись! – крикнула Сэм. Спящая девушка только слегка шевельнулась. Сэм повернулась к Бодэ:
– Разбуди ее!
Бодэ отбросила капюшон и опустилась на колени возле ложа:
– Шари, Шари, милая. Просыпайся. Твоя госпожа приказывает.
Чарли нахмурилась, легко вздохнула, ее огромные глаза открылись, и она сразу увидела Бодэ; Она улыбнулась.
– Шари приветствует тебя, госпожа, – сказала она нежным, чуть сонным голосом и села на своем ложе.
– Господи! Мы опоздали! – воскликнула Сэм и зарыдала безудержно, безутешно. Чарли удивленно взглянула на нее так, словно видела в первый раз, но осталась спокойной и безмятежной.
– Госпожа хочет, Шари утешать? Бодэ, все еще загипнотизированная кристаллом, не могла отвечать никому, кроме Сэм.
– О Господи! Прости меня, Чарли! – рыдала Сэм. – Я только и делаю, что приношу несчастье другим! Я ни на что не гожусь!
Чарли еще раз взглянула на нее и сдвинула брови.
– Господи Иисусе! Неужели это ты, Сэм? Неужели это и в самом деле ты? – воскликнула она наконец по-английски.
– Да, да, это я, – всхлипывала Сэм, – толстая и безобразная, и… что
– Так это ты! Го-о-осподи! Да я тебя и не узнала! Что ты сделала с собой?
– Но… но ты говоришь по-английски! Ты осталась самой собой! А снадобье – оно же здесь! И бутылочка пуста! Я…
Чарли сладко зевнула:
– Слушай, Сэм, если бы я сразу тебя узнала, я не стала бы прикидываться Шари. Что за шум тут поднялся?
Все еще вздрагивая и всхлипывая, Сэм рассказала ей о кознях Бодэ.
– А черт! Ладно, что ни делается, все к лучшему. Она под гипнозом, да? Ну пусть ее. Забирайся-ка сюда и хватит реветь. Я-то все гадала, появишься ли ты хоть когда-нибудь!
Наконец, кое-как успокоившись, Сэм рассказала Чарли обо всем, в том числе и о проклятии демона. Чарли только кивала, слушая. Господи! До чего же она была прекрасна!
– Сэм, не вини ты во всем себя. Не надо. Черт возьми, ты просто не была готова так быстро повзрослеть. – Она вздохнула. – А я, похоже, была…
