То, что по всем важным вопросам капитан советуется только с недавно назначенными помощниками из ветроходов, тоже стало привычным. Не сказать, что младшим офицерам это очень уж нравилось, но что они могли сделать в такой ситуации? Тем более что, если зреть в корень, то капитан был прав – у каждого из бывших ветроходов имелось больше опыта и знаний по части практики ветроходства, чем у всех выпускников офицерской школы, оказавшихся на борту Корнстона. Поэтому все, что им оставалось, – это слушать, смотреть, учиться и запоминать.
Отягощенные не слишком-то веселыми мыслями младшие офицеры проследовали к выходу из каюты. У каждого из них имелись дела, каковых в городе под парусами всегда столько, что, кажется, все никогда не переделать.
Капитан отпер ключом и распахнул резные, лакированные дверцы небольшого углового шкафчика, стоявшего в дальнем конце каюты, за письменным столом. В шкафу находилась только одна вещь – большая коробка, обитая черным бархатом.
– Господин Энгель-Рок, возьмите эту коробку, – сказал Ван-Снарк. – И будьте добры, обращайтесь с ней предельно осторожно.
Энгель-Рок аккуратно достал из шкафа коробку, которая, как оказалось, весила совсем немного, нежно прижал ее к груди и последовал за капитаном, который уже направлялся к выходу.
Финн замер возле двери и с поклоном протянул руку, предлагая Анне-Луизе пройти вперед.
– Так ты у нас, оказывается, важная птица? – с усмешкой глянула на него девушка.
– То, что я птица высокого полета – этого я никогда не скрывал, – с улыбкой ответил Финн. – А все остальное – шелуха. – Прикрыв дверь капитанской каюты, МакЛир в три прыжка догнал девушку. – Кстати, про тебя тут Джерри тоже много интересного рассказывал.
Анна-Луиза даже не взглянула на Финна.
– Например?
– Ну, например, что ты отнюдь не случайно оказалась в Зей-Зоне.
– В Зей-Зоне все оказываются не просто так.
– Да, но мало кто отправляется туда по собственному желанию.
– Энгель-Рок, – кивнула на шагавшего впереди здоровяка Анна-Луиза.
– Да, – вынужден был согласиться Финн. – Но Энгель-Рок уникален. Уникален во всем…
– Что ты хочешь от меня услышать? – напрямую спросила Анна-Луиза.
– Я?.. – растерялся от неожиданности Финн. – Да, в общем, ничего…
– Отлично, – подвела итог разговору Анна- Луиза.
– Но Джерри говорил… – снова начал было Финн.
– Джерри все не так понял, – обрубила девушка.
– Послушай, я просто хочу тебе помочь…
– Мне? – Анна-Луиза на ходу обернулась на Финна. И выражение лица у нее было такое, что лучше бы она этого не делала. – А что, похоже на то, что мне требуется помощь?
– Теперь ты все неправильно поняла, – едва ли не с отчаянием взмахнул рукой Финн.
– Да как же тебя поймешь, если ты все время совершаешь странные поступки, – хмыкнула девушка.
И быстро застучала каблуками по деревянным ступеням, ведущим на галерею.
– Ты это о чем? – удивился Финн.
Анна-Луиза искоса бросила на него лукавый взгляд.
– Ты почему перестал бриться?
Финн машинально провел рукой по заросшему густой рыжей щетиной подбородку.
– Я хочу отрастить бороду.
– Зачем?
– Многие ветроходы носят бороды.
– Почему?
– Такова традиция, – подумав, ответил Финн.
Анну-Луизу такой ответ совершенно не устроил.
– Нет, – тряхнула головой она. – Дело вовсе не в традициях.
– В чем же тогда?
– Все дело в том, что мужики все время хотят выглядеть мужественно, – сказала Анна-Луиза.
– Ну, да, – машинально согласился Финн.
И лишь произнеся эти слова, он вдруг с последней прямотой понял, что угодил в ловушку, поставленную для него коварной девицей.
– А зачем казаться мужественным тому, кто и без того мужик? – сказала Анна-Луиза.
И, по сути, это был не вопрос, а констатация факта.
– А, – только и смог ответить Финн МакЛир.
– Вот, посмотри на Энгель-Рока, – окончательно расплющила его Анна-Луиза. – Он всегда чисто выбрит. На него и посмотреть приятно.
– Некоторым борода идет, – выдавил из себя последний аргумент Финн.
– Смеешься? – насмешливо глянула на него Анна-Луиза. – Борода идет козлу, а не мужику.
Никак не ожидавший подобного отношения к своему совершенно невинному, как сам он полагал, эксперименту с растительностью на лице, Финн на какое-то время утратил дар речи. Ему не хотелось ничего говорить, поскольку он был почти уверен, что в ответ услышит нечто такое, что ему еще больше не понравится. Анна-Луиза была мастерицей говорить колкости. И, особо не стесняясь, пользовалась этим своим умением.
Вот и сейчас она только и ждала очередной реплики Финна, чтобы всадить в него очередную шпильку, как будто это был не старший офицер Мак-Лир, а подушечка для булавок. Финна спасло только то, что они наконец-то дошли до навигационной рубки.
Навигационная рубка была святая святых города под парусами. Заходить в нее помимо самих навигаторов имел право только капитан и старший вахтенный офицер, да и тот лишь в случае крайней необходимости.
