Ветры Запада. Книга 2 полностью

— Арди, подожди! — услышали мы, когда миновали ворота Академиума и двинулись к зданию факультета.

Мы оглянулись и обнаружили спешащую к нам Мину Золотову.

— Здравствуй, Мина, — поздоровался я, а Ленка просто кивнула, с любопытством на неё глядя.

— Я хотела с тобой сразу после сессии поговорить, но мне сказали, что ты уже уехал, — заявила Мина, непринуждённо пропустив этап приветствий. — А в представительстве семейства сказали, что не знают, когда ты вернёшься. Сказали изложить своё дело в письменном виде и подать просьбу о личном приёме.

— Вообще-то, именно таким образом ко мне на приём и попадают, — пожал плечами я. — Секретарь знакомится с делом и решает, нужно ли мне встречаться с посетителем. Собственно, к любому главе семейства не зайдёшь просто так с улицы. Ты чего-то другого ожидала?

— И что, когда стану у вас служить, я так же буду тебе просьбу о приёме подавать? — насупилась она.

— Нет, Мина, — улыбнулся я. — Вряд ли тебе придётся это делать. Ты будешь подавать рапорт сотнику. Если он не сможет решить твою проблему, он отправит тебя на рапорт к командиру полка, ну и так далее. Ко мне ты попадёшь, только если командир дружины посчитает это необходимым. И не надо так надуваться, это армия, а не дружеская компания, там так принято. Да и не только в армии.

Возможно, я зря с самого начала позволил такое демократичное к себе отношение. Умные, вроде Дары, прекрасно понимают разницу между мной-студентом и мной-начальником, но в Академиуме, как и везде, далеко не все умные.

— Ну вот ты меня, наконец, нашла, — напомнил я. — Зачем я тебе был нужен?

— Это насчёт того турнира, — она с некоторым трудом вернулась к теме разговора. — Насчёт того, что меня признали лучшим командиром вместо тебя. Я считаю, что это было несправедливым решением, и его надо пересмотреть.

Вот интересно — зачем она мне это сообщает? Хочет набрать у меня очки, демонстрируя свои высокие принципы? От Ленки тоже пришло чувство скепсиса — она гораздо больше меня верит людям, но здесь и она засомневалась.

— Допустим, несправедливое, — согласился я, — но мне-то ты это зачем говоришь? Я такой же студент, как и ты, и подобные вопросы не решаю. С этим надо в деканат обращаться.

— Я туда и обращалась, — хмуро сказала Мина. — Сказала, что отказываюсь от первого места в твою пользу. Но декан ответил, что без тебя никто пересматривать результат не будет.

Ну, может, она и в самом деле человек высокой морали. Понятно, почему декан захотел узнать мою позицию по этому вопросу — после того скандала с нашими экзаменами они до сих пор чихнуть в нашу сторону боятся.

— Так от меня-то что требуется?

— Всего лишь твоё согласие на пересмотр результата, — ответила она. — Тогда деканат соберёт комиссию и будет с этим разбираться.

— Нет, Мина, — мягко сказал я. — Приятно видеть, что у тебя есть моральные принципы, но я такого согласия дать не могу. Пытаться высудить себе первенство будет недостойным поступком и уроном чести, а главное — я считаю, что решение Менски было справедливым.

— Это ещё почему оно справедливое? — поразилась она.

Не будь у неё подписан с нами контракт, я, возможно, не стал бы терять время на объяснения. Но к своим сотрудникам у меня всё же другое отношение, да и вообще — почему бы и не объяснить? От меня не убудет.

— Понимаешь, мне поначалу это тоже показалось не совсем справедливым. Но потом я подумал над словами Генриха, а ещё Драгана Ивлич дала кое-какие намёки, и я понял, что Менски решил совершенно правильно. Вот скажи — в чём состоит наша конечная цель?

— Стать Владеющими? — предположила Мина.

— Это само собой, но я говорю о конечной цели.

— Нуу… стать Высшими?

— Совершенно верно, — кивнул я. — Наша конечная цель — возвышение. А теперь скажи — ты когда-нибудь видела, чтобы Высшие командовали какими-то подразделениями?

— Я вообще Высших в глаза не видела, — хмуро ответила она. — Только слышала, что такие есть, а что и как они делают, мне никто не рассказывал.

— А, ну да, — несколько смутился я. — В общем, они не командуют. Возвышение — это индивидуальный процесс, и все Высшие — индивидуалисты. Они не особенно позволяют собой командовать и сами неохотно берут на себя руководство. Только из чувства долга, ну, или если им некуда деваться, — добавил я, вспомнив киевских гражданок. — Владеющие, кстати, и в армии не командуют самостоятельными подразделениями, они всегда работают исключительно как поддержка. Вот именно поэтому ни Академиум, ни Круг Силы не интересуются нашими лидерскими качествами. Они в числе прочего оценивают нашу способность командовать, но для Академиума и Круга эта способность не значит ровным счётом ничего. Для них это совершенно неважно.

— А что для них важно?