Въездное & (Не)Выездное полностью

Я ждал. Я ждал, когда выданную чеком зарплату зачислят по жировке на счет (разумеется, еще пять рабочих дней!). Карты не было. На третью неделю я дозвонился до Саймона. Фальшиво делая вид, что рад мне, и еще более фальшиво делая вид, что торопится, он посоветовал заблокировать недошедшую карточку и перевыпустить новую. («Это еще пять дней, Саймон?» – «Yes, mister Gubin!».) Я праздновал день рождения в ресторане, расплачиваясь привезенными женой из России наличными. Сбербанковская VISA через интернет не принималась. Саймон исчез. 24-часовая служба поддержки клиентов говорила со мной с таким бангладешским акцентом, что мне проще было перейти на бенгали.

Меня утешал другой приятель, японский фотограф:

– Чего ты хочешь? Для нас эта страна – по сервису вообще прошлый век. Нет, если бы не футбол и язык, мы бы сюда не ездили…

И я успокоился. Тем более что всего лишь через месяц и неделю после первого визита к Саймону у меня все же появились счет, деньги на счету, карта SWITCH, а также интернет-банкинг, который отказался работать всего-то три раза. Мой банк раз в месяц присылает мне стейтмент: полный отчет о моих тратах, в котором для удобства хранения в скоросшивателе заранее проделаны дырочки. А за время бесконечных ожиданий я нашел в Лондоне пару мест, где на фунт стерлингов (55 рублей) можно купить три дыни или три ананаса, которые можно даже растянуть на два ужина…

Подвожу баланс.

Российская банковская система – не худшая в мире: по крайней мере, по быстродействию. Счет – мгновенно, карточка – почти мгновенно (разве что за исключением все того же дремучего «Сбера»). И чековые книжки с жировками нам у англичан вряд ли следует перенимать, как и манеру принимать к оплате карты, не проверяя подпись на слипе: оттого здесь такое количество карточных жуликов. Но то, что для постановки карты в стоп-лист можно дозвониться мгновенно (в «Сбер» я когда-то дозванивался час, не дозвонился и бросился бегом в ближайшее открытое отделение) и что перевыпуск ничего не стоит – перенять стоит. Как и систему прямого банковского платежа, например.

Центробанк следит за российскими банками с точки зрения их фундаментальных показателей. Финансовая пресса публикуют соответствующие рейтинги. Но ни одна надзирающая финансовая структура России даже не пытается сформулировать рекомендации, каким должен быть современный банк с точки зрения услуг.

И это во всей этой истории занимает меня больше всего.

Неудобство жизни оскорбляет людей и страну.

За прошедшие годы в России много что изменилось: интернет-банкинг дошел и до «Сбера», где, по счастью, европеизированный Герман Греф сменил даже не советского, а совкового банкира Андрея Казьмина. В отделениях появились универсальные банкоматы, операционистки повязали зеленые косынки и научились улыбаться, а когда в 2011-м в Живом Журнале я ехидно прошелся по тому, что за выпиской по-прежнему надо переться черт-те куда – тут же получил ответ из «Сбера» с благодарностью за критику, а также с уведомлением, что с конца года любую выписку можно получать там, где удобно.

Однако в некоторых местах моей работы от меня по-прежнему требуют не просто открывать счет в определенном банке, но и в определенном отделении банка.

То есть крепостное право улучшилось, подверглось апдейту, но сохранилось.

А значит, если не у британских банков, то у Британии нам по-прежнему есть чему поучиться.