– Мне колу-лайт, – она посмотрела с ухмылкой на своего спутника, – За фигурой слежу!
– Следи, а то, как ещё деньги зарабатывать будешь? – Демьян усмехнулся, – Хотя есть любителей больших задниц.
– Какие мы остроумные! – огрызнулась девушка, желая его ударить, сама не понимая, почему до сих пор находится здесь.
– Мы? Никаких мы, остроумный я, – он забрал заказ и пошёл на выход, – Ты не очень.
Они перебежали дорогу, совсем не на пешеходном переходе и оказались на набережной. В воде отражались оранжевые огни Москвы, проплыл кораблик Radisson с какими-то мероприятием на борту, недалеко сидела небольшая компания ребят, и громко смеялись. Москва жила круглосуточно, этот город никогда не стоял на месте, у этого города не было даже времени на сон.
С реки дул ветер, Вася снова надела капюшон, усевшись на широкое каменное ограждение рядом с Демьяном и свесив ноги. Он вручил ей еду и напиток, она с огромным удовольствием откусила большой кусок от хот-дога, под пристальным взглядом молодого человека, и облизала соус с кончиков губ, замазавшись им. Демьян усмехнулся и откусил свою сосиску в тесте, молча жуя и смотря на воду. А Вася рассматривала его, прямой нос, даже острый, яркие губы, выраженные скулы и челюсть, и эти идеальные брови. Ресницы, о каких мечтает каждая девчонка. Глаза, которые она увидела сегодня сквозь толпу как огни, опасные, горящие, на которых немало девичьих сердец погорело. В этой одежде он выглядел старше чем обычно, и ему очень шли холодные серые тона. Но вот что её напрягало, это предательское томление в груди, словно он начинал ей нравиться. Это последняя их встреча, наедине, она себе пообещала. Учитывая, как судьба их сталкивала, от общественных она не могла зарекаться. Ещё с утра она его проклинала, ненавидела, после выходки в кафе, а сейчас сидит и не может набраться решимость встать и уйти.
– Кем ты работаешь? – решила нарушить молчание Вася.
– Я директор отдела маркетинга у отца, – ответил он, – И завтра первый рабочий день, после моего отсутствия почти в три месяца.
– Ого у тебя отпуск, – вскинув брови, воскликнула она и затянулась колой.
– Я не брал отпуск, просто уехал, потому что хотел, – он пожал плечами.
– Нормально так тебе папа позволяет, – она открыла рот, чтобы откусить хот-дог, но остановилась, – На вид папа красавчик, конечно, но не кажется таким добрым, что бы такое позволять.
– А он и не позволяет, он лишил меня финансирования, теперь я буду жить лишь на зарплату, – он усмехнулся, – И все свои привычки оплачивать сам.
– Но на такой должности, ты должен очень круто зарабатывать, – она смотрела на его профиль, – Сколько если не секрет?
– Не знаю, – ответил он, – Капает что-то, я даже не замечаю. Честно скажу, я не особо привык считать деньги, они просто всегда есть.
– Да, мы с тобой с разных планет, – она грустно улыбнулась, и потёрла замёрзший нос, – И тебе не любопытно сколько ты зарабатываешь, зашёл бы в банк-онлайн и проверил.
– Да походу с одной, учитывая, как часто пересекаемся, – отшутился он и зашёл в телефон, – Ну да, наверное, это хорошая зарплата?
– Охренеть! – выпалила Вася, заглянув в его телефон, – Мне минимум три месяца надо прям впахивать, ради таких деньжищ!
– Значит, ты не спишь с клиентами, а то и переплюнуть можешь, – отшутился он.
– Я же сказала, что я не шлюха, – она нахмурилась и посмотрела в его глаза, обращённые на неё, – Но я знаю, что симпатичная, и это помогает мне заработать лишнюю копейку, так как у меня свои обстоятельства, и у меня нет родителей.
– Ты сирота? – спросил Демьян.
– Нет, у меня есть мама и папа, но их как будто и нет, – она опустила голову, ругая себя, что разоткровенничалась, – Я всегда была сама по себе.
– Да ладно, не парься, у меня примерно также, – честно признался молодой человек, – Только с деньгами.
– Но за тебя отец вон как впрягся, приехал, – она подняла свои чёрные глаза на собеседника, – Значит, любит!
– Не знаю, он мне этого не говорил. Мать уехала, когда мне было десять, но я никогда не чувствовал от неё материнской любви, может просто не помню, – Демьян отвернулся, и она не знала, какие эмоции были на его лице, возможно, поэтому и отвернулся, спрятался, – Мой отец человек известный в определенных кругах, и ему не нужна слава проблемного сына, ведь я единственный наследник как бы, поэтому и впрягается если что, наверное.
– Но у тебя хотя бы деньги есть, ты независим, – робко произнесла она.
– Независим? Я на отца работаю, и все деньги моей независимости, он мне платит, – он резко посмотрел на неё и свёл брови у переносицы, – Я получал профессию, которую он мне сказал получать, так как я его наследник. И я не знаю, что делать сейчас, я жил так как меня научили, а теперь ругают, что я вырос неправильно. А я, например, драться люблю, и может боксером мечтаю стать.
– Нет, нет, нет, с таким лицом в бокс нельзя, могу поговорить у нас в модельном, вот туда с таким лицом можно, – она робко улыбнулась и снова попила колу.
