Я покраснела, стало стыдно. Но страх не пропал.
– Я люблю тихие места вроде этого и не хочу делить их с другими людьми, – сказал Ян.
Интересно, зовет ли он сюда всех своих девушек? Может, у него здесь есть специальная комната со шкафами, как у Синей Бороды, куда он складывает трупы?
– Что это за музыка? – спросила я.
– Бах. Минуэт соль минор. Тебе нравится?
– Нравится – неподходящее слово. Она вывернула меня наизнанку. Я никогда не испытывала таких чувств, – прошептала я. – Ты не говорил, что ты играешь, да и еще так профессионально.
Его лицо тронула гордая улыбка.
– Я рад. Я не очень люблю говорить о себе и своих увлечениях. Мне больше нравится слушать…. И наблюдать… за другими.
Ян как-то странно посмотрел на меня. Я с удивлением прислушалась к себе. Волна неконтролируемого страха стихла, волшебная музыка успокоила меня.
– Поэтому все это время ты скрывался от меня? Просто потому, что не любишь говорить о себе? – спросила я.
– И это в том числе, – кивнул он.
Я обвела взглядом бар.
– Ты прилетел на самолете только ради меня… и арендовал целый бар. Операторы колл-центра так хорошо получают?
– Я уже писал. Меня повысили.
– Да что ты? А может, все же получил наследство?
– Может, и так.
– Мне не нравятся люди с тайнами, – нахмурилась я.
– Поверь. Это для твоего же блага. – Он бросил на меня предостерегающий взгляд и плотно сжал губы. Что-то сдавило горло, я сглотнула, но глаза не отвела. Я смело смотрела на него в ожидании ответа.
– Моя работа связана с компьютерами, – сдался Ян.
Я была разочарована. Ожидала услышать захватывающую историю.
– Но что именно ты делаешь?
– Сложно объяснить, – немного резко отмахнулся он.
В моей голове блуждали рассеянные мысли. Я вспомнила вопрос, который хотела задать в самом начале.
– А тебя правда зовут Ян? Или это тоже для прикрытия?
– Меня правда зовут Ян, – ответил он мягко. Он улыбнулся уголками губ и, видя, что ответ меня успокоил и что я больше не продолжаю расспросы, перевел тему: – Скоро будет доставка из ресторана. Я выбрал за тебя блюда, надеюсь, ты не сердишься.
– Нет-нет, – поспешила уверить его я, – я не привередливая к еде, да и вообще не люблю сама выбирать. Я всегда долго листаю меню и не могу определиться. Это угнетает. Может, поэтому люблю Макдональдс. Там все просто.
Ян улыбнулся.
Наступила неловкая пауза. Мы стояли друг напротив друга. Надо что-то сказать, еще о чем-то спросить. Почему я так теряюсь перед ним? И снова эта странная дрожь в руках. А еще – о, боже – затряслись коленки.
– Что будешь пить? – спросил он и отошел к барной стойке.
Выпить! То, что мне сейчас нужно, чтобы успокоить нервы.
– Я не знаю, – сказала я и пошла следом. – Только не сладкое. Сейчас не хочется ничего приторно-сладкого.
– Тогда на мой вкус. Люблю классические коктейли.
Он зашел за барную стойку и стал колдовать с напитками. Я села перед стойкой на стул.
Вскоре он держал в руках два коктейля в треугольных бокалах на тонких ножках. Содержимое было красно-коричневым, на дне лежала вишенка.
– Это «Манхэттен». Виски, красный вермут и биттер. Вишенка и лед на гарнир.
Он протянул мне бокал. Я взяла его, отхлебнула. Горько, пряно и крепко. То, что надо. Правда, от такой крепости я быстро улечу.
Я сидела у стойки и посматривала на Яна. Почему при нем я чувствую страх и боюсь задавать вопросы? Почему он
Его парфюм кружил мне голову. Он изящно держал стеклянную ножку бокала тонкими пальцами. Коктейльный бокал был ему к лицу, несмотря на то что обычно в нем подают мартини – женский напиток. Я знала только двух мужчин, которым бокалы для мартини очень подходят и придают мужскую солидность – это Джеймс Бонд и… Ян.
Мы сидели и молчали. Я не знала, с чего начать, а его, казалось, устраивала тишина. Ян чувствовал себя естественно и расслабленно, как будто находился в баре один. Мне был виден только его негармоничный профиль и выступающий нос с горбинкой. На какую птицу он похож? Думаю, на ворона.
– И под какой из тысячи выдуманных типажей я подхожу? – спросил он, не смотря на меня. Я чуть не поперхнулась. Оказывается, Ян видел, что я долго и бесстыдно его рассматриваю.
– Ни под один, – честно призналась я.
– Это тебя расстраивает? – Ян повернулся и пристально посмотрел на меня.
– Нет, – соврала я и отшутилась: – Я очень рада, что у тебя сохранились все зубы и волосы. Да и количество рук и ног соответствует норме.
Ян издал короткий смешок. Его короткие смешки и мимолетные улыбки ложились мне бальзамом на душу. Они как мост, проходящий через пропасть, на одной стороне которой стою я, на другой – Ян.
– Почему ты выбрал именно те фотографии? Люди на них что-то значат? – спросила я.
– Нет, – он покачал головой. – Просто фотографии случайно выбранных профилей от пятнадцати до тридцати пяти лет. Случайные люди из интернета.
Наступила пауза. Мы одновременно отхлебнули из своих бокалов. Мой взгляд зацепился за непонятный сложный аппарат в конце зала. Я проследовала туда, чтобы рассмотреть как следует.
