Дало ли это какой эффект или нет я не знаю, но двигаться мы стали аккуратнее. Шум ощутимо снизился, хотя периодическое цоканье копыт сатиров заставляло лицо чуть дёргаться. Феи, несмотря на сложность задачи, сохраняли тишину — учитывая их непоседливый характер, это было не самым лёгким для них.
Постепенно вдали начали слышаться очень приглушённые голоса. Причина их приглушённости также была более чем ясна — нас разделяла ещё одна стена, на этот раз «входная» в замок. Ручек на ней не было, но получилось нащупать небольшие углубления. Прильнув к оной стали слышны переговоры за оной и спешные шаги и бег туда-сюда.
Самым же важным было то, что вход в долину, посреди которой лежал замок… штурмуют. По крайней мере, пытаются штурмовать. И, главное, кто — полурослики и кентавры!
— От сукин сын… — восхищённо пробормотал Зенон.
Когда голоса стихли, я посмотрел на Хати, что тоже превратился весь во внимание. Он некоторое время сидел, прислушиваясь и периодами принюхиваясь, после чего посмотрел на меня.
«Рядом никого нет, и я слышу запах самого… сильного человека. От него тяжёлый запах.»
— Рядом никого. Аккуратно сдвигайте, — я уступил место эльфам, которые ухватились за выемки в двери и начали куда аккуратнее сдвигать плиту.
— Дворфийская работа, — прокряхтел Талфель. — Но новодел…
Я же возносил молитву, искренне молясь на то, что противником будет не даллахан. Это единственный противник, шансов против которого не было, тогда как с волчьим лордом или тёмным рыцарем справиться ещё получится.
Стоило нам вывалиться в корридор, который был открыт эльфами, как факелы тут же были затушены. Освещения в коридорах было весьма тусклым, но его хватало. Нам осталось только выдвинуться в одну из двух сторон — либо туда, куда бежали те, кого учуял Хати, либо в противополо…
«Рядом!» — едва слышно тявкнул Хати, поняв, что мы не настолько хорошо слышим, но было слегка поздно.
— А?.. — со стороны поворота раздалось удивлённое восклицание, буквально через пять секунд превратившееся в сдавленный писк. Реакция эльфов была моментальной — с их превосходством в скорости, они скрутили несчастного пехотинца ещё до того, как он успел закричать.
— А теперь, малыш, ты расскажешь нам всё что знаешь.
Запугать явно не слишком давно нанятого пехотинца оказалось не слишком сложно — оказалось достаточным нависнуть над ним, чтобы он увидел меч и перчатки. Особенно перчатки.
От одного их вида его затрясло и он начал молить о том, чтобы его не убивали, что он всё расскажет… но никаких обещаний я ему не дал, только начал задавать вопросы, на которые нам были наиболее нужны ответы.
Одной из двух главных вещей было то, что их хозяин был с не-съёмной головой. Он не был даллаханом, что сразу сбросило с души тот ещё камень. Волчьего воя этот человек также не слышал, а значит это был либо тёмный рыцарь, либо ещё один раубриттер.
Второй важной вещью было то, что ловушек здесь нигде не расставлено и примерный план замка, вместе с последними приказами — чуть больше, чем половина от их отряда отправилась к руинам стены, где устроили своё представление «налётчики».
Это значило, что у нас есть шанс закончить противостояние двумя ударами.
Остальная информация, которую он нам выдал, едва ли имела какую ценность, но от обычного, буквально рядового служаки, иного ожидать и не получилось бы.
Чуть мотнув головой, дав знак удерживавшим его эльфам, я повернулся в сторону куда нам следовало идти. Раздался хруст — пехотинца убили без лишней жестокости, просто свернув ему шею.
После этого, коротко переглянувшись и сделав последние уточнения, мы рванули в сторону сердца замка, которое их главарь переоборудовал под свои вкусы. Под «тронный зал».
******
Мы ворвались в «тронный зал», в который и было переоборудовано сердце замка. В центре, прямо под ним, на весьма примитивном, практически сложенных из обвитых корнями кристаллов, сидел он, массивный, без шлема, истинно-арийской внешности. Тёмный рыцарь.
Рядом с его троном стояла глефа, а перед ним, на колене, стояло четверо тяжелоснаряжённых бойцов, бывших похожими на палачей и костоломов, а по двум краям зала стояли уже «простые работяги», в виде полудесятка пехотинцев и мечника на каждую сторону.
Раздался хлопок и перед нами в комнату вошёл огненный шар, приземлившись в стоявшую четвёрку и опрокинув их. Каждый из них покрылся огнём — сработал дебаф «горение», от чего те начали получать постепенный урон, помимо этого вынудивший их кататься по полу, пытаясь это пламя сбить.
Следом отправилось два снаряда — синхронная «звёздочка», от меня и от Ангнисс, выпущенная из священного символа у неё и из клинка у меня, устремлённая уже в сидевшего на троне рыцаря. Уклониться от них он бы не успел никак, но его рука уже метнулась к глефе, а взгляд сконцентрировался на мне.
Эльфы начали синхронный разгон и их цель была кристально ясна — одним резким рывком ворваться, обезглавить противника, после чего разобраться с остатками.
Первым в прыжок с наскока ушёл Яхель, явно желая взять долю славы на себя… и поплатился за это же.
