— Гарри, я не буду тебе ни о чем рассказывать, — сказала я, не отрывая глаз от преподавательницы, демонстрирующей сложные формулы для трансфигурации человека. — Лучше сосредоточься на уроке…
— Вики, Сириус не знает.
Мне пришлось — таки посмотреть на него.
— Не знает — о чем?
— О том, где ты находилась в шесть утра.
Не в шесть утра, а половину ночи, но это непринципиально.
— И ты хочешь ему рассказать?
По правде говоря, мне бы этого не хотелось.
— Не расскажу, если ты…
Нас прервали.
— Мисс Новак, будьте добры слушать меня, так как вы находитесь на уроке, — сказала профессор Льюис. — А если вам скучно здесь, я вас не задерживаю.
Она уставилась на меня, как удав на кролика, и сделала жест на дверь.
Я предостерегающе тронула Гарри за руку, намеревавшего ответить ей, глазами показав на выжидающую Паркинсон. Она не приминет сказать какую — нибудь гадость.
Гарри пожал плечами и промолчал. Я приняла самое заинтересованное выражение. Профессор Льюис посверлила меня глазами и продолжила.
Спустя некоторое время мне под руку влез какой-то клочок пергамента. Быстро глянув на Гарри, я развернула его.
«Ты рассказываешь мне про Снейпа — я не говорю Сириусу. Встретимся после уроков около Выручай — комнаты.»
Хм, откуда Гарри известно, что я предпочла бы не говорить Сириусу про свое ночное приключение?
— Гарри, ты шантажист! — тихо, но отчетливо сказала я.
Признаться, я от него такого не ожидала.
Гарри принял невинный вид и вслед за профессором Льюис изобразил палочкой замысловатый пасс.
Остальные уроки прошли практически без каких — либо происшествий. Только посреди Защиты на меня снова глазел весь класс из-за того, что внезапно кончилось действие зелья Хамелеон.
— Тебе внимания не хватает, Новак? — насмешливо прокомментировала Паркинсон.
— А тебе, я гляжу, ума не хватает, Паркинсон? На твоем месте я бы сидела и не лезла, куда тебя не просят!
Теперь пришлось Гарри успокаивающе схватить меня за руку, чтобы я еще что-нибудь не добавила. А мне хотелось. После того, что мне пришлось по ее милости испытать, у меня появилось желание, по меньшей мере, превратить наглую девчонку во что-нибудь неаппетитное.
Паркинсон покраснела от злости, явно не понимая, о чем я. Гриффиндорцы и слизеринцы с любопытством ждали продолжения. Но его не последовало, так как Сириус мигом утихомирил обе стороны.
Поэтому я подошла к гобелену Варнавы Вздрюченного немного в взвинченном состоянии. Гарри уже был там.
— Не сомневался, что ты придешь, — сказал он.
— Почему? — удивилась я.
А я и не сомневалась, что приду хотя бы потому, что не хотела, чтобы Гарри напрасно ждал меня.
— Мне показалось, ты испугалась, когда я спросил тебя о Снейпе.
Я уставилась на него.
— Тебе показалось.
— Может быть, но ты же пришла.
Он три раза прошел перед стеной напротив гобелена и остановился. В камне образовалась небольшая дверь с медной ручкой. Я вошла внутрь, с восторгом разглядывая помещение. Надо сказать, в Выручай — комнате я оказалась в первый раз, до этого лишь наслышанная о ней и ее способности превращаться в того, о чем пожелает нуждающийся в ней человек.
Сейчас она представляла собой уютную гостиную с камином, диваном и прочими атрибутами общей комнаты. На каминной полке стояли колдографии в рамках.
— Я и сам не понимаю, почему получилось так…
— Смотри, кажется, это твои родители.
Я кивнула на снимок молодой пары, счастливо улыбающейся нам. Гарри, закрыв дверь, встал рядом со мной.
— Действительно…
— Может быть, так выглядела гостиная в доме твоих родителей?..
Мы одновременно посмотрели друг на друга.
— В вашем доме, — поправилась я.
— Может быть… — согласился Гарри. — Только я совсем его не помню. Но мы здесь по другому поводу. Давай рассказывай.
— Что значит — давай? — Я повернулась и направилась к окну на противоположной стороне от двери. Из него как будто лился солнечный свет, но самого солнца, да и остального не было видно. Окно было иллюзией. — Я ничего тебе не обещала. И вообще, кто я такая, чтобы ты требовал это от меня?
— Кто ты такая? — задумчиво повторил Гарри. — Ну… ты встречаешься с моим крестным, а значит, и мне не чужая.
Я обернулась.
— А еще мне казалось, что мы… друзья.
Господи, до чего же я сегодня глупа.
— Конечно, друзья.
Для Гарри так много значит наша дружба? Такое впечатление, словно в детстве у него ни с кем не было таких доверительных отношений. Во мне забрезжило какое-то подозрение.
Я оборвала свои мысли.
— Ну ладно, Гарри, я расскажу тебе, только если это останется между нами.
— Без вопросов.
И в течение нескольких минут посвящала его в детали ночного бодрствования. По ходу повествования на лице Гарри увеличивалось и недоверие, и изумление сразу.
— Вики, после того, что с тобой произошло той ночью, как ты осмелилась пойти в подземелье?
— Не читай мне нотаций, Гарри, сама знаю, что поступила необдуманно, но… я не могла не проверить. В конце концов, я помогла человеку.
— Это Снейп — человек? — вновь изумился Гарри. — Зачем ты помогла ему, Вики?
