- Нет, он не оставит, но ты должна быть умней, ты обязана его переиграть. Если жить хочешь.
- Хочу! - закричала Денисия. - Я вам верю!
Я вас во всем буду слушать! Говорите, что я должна делать?
- Э-хе-хе, - сокрушился Боровский.
Он завидовал наивности своей юной родственницы и слишком хорошо знал этот мир. И все же Воровский не стал разочаровывать Денисию, а попробовал взглянуть на ее будущее с оптимизмом.
- Вас, говоря языком классика, спасет только заграница, - сказал он, почему-то вновь переходя на "вы". - В нашей стране вы понимания нигде не найдете, да и опасно искать.
- Неужели во властных структурах совсем нет порядочных людей? ужаснулась Денисия и, вспомнив своих кумиров, Эльдара Валева и Марию Добрынину, загорячилась:
- Есть же общественные и правозащитные организации, есть же честные люди, которые не отмахнутся, не оставят без помощи сироту!
- С чего вы взяли? - удивился Боровский. - Все живут по принципу: своя шкура ближе к телу.
Она рассердилась и, горячась еще больше, закричала:
- Не правда! Я сужу по себе. Если я сама стараюсь жить честно, то почему я должна думать, что другие хуже меня? Если бы я поступила на службу людям, я забыла бы о себе и жила бы только проблемами простого народа. В противном случае нечего и наверх карабкаться со своими идеями. Конечно, везде есть плохие люди, но к ним я не пойду. Потому у вас и прошу совета, что вы больше меня знаете. Есть же хорошие общественные организации. Вы только подскажите, где их найти? Как к ним попасть? Как к ним добраться?
- Боюсь, что в вашем вопросе ответ и содержится, - добил ее Боровский. - Если эти организации пекутся о правах и благах народа, то почему народ о них и слыхом не слыхивал? Спрашиваете у меня, как к ним добраться? Разве это не странно? Ведь бутылка "Клинского" или "Сникерс", или "Памперс" там какой - все эти "незаменимые" сообразили, как дойти до народа. Уж здесь народ точно знает, куда свои денежки нести, рассказали, сто раз объяснили, а вот кто должен народ защищать, не доложили. Тут, извините, сами, товарищи, соображайте, ищите днем с огнем. Все равно не найдете. Вот что такое все ваши общественные и правозащитные организации.
- Вы хотите сказать, что хороших людей там нет? - ахнула потрясенная Денисия.
- Да есть, - успокоил ее Боровский. - Хорошие люди везде есть: и выслушают, и успокоят, и помогут, если добраться до них успеете. Ведь все эти организации со злом борются по закону, а не по понятиям, следовательно, там одна бюрократия: на любой шаг вперед горы бумаг. Вы кричите: "Убивают!" - а вам в ответ: "Извольте подкрепить документиком, как убивают? Под какую подпадают статью?" Но даже если произойдет чудо, если вам повезет: прошибете бюрократическую стену и живы останетесь, то и здесь пользы ноль. Не помогут вам общественные деятели в борьбе с Карлушей. Найдется добрая душа, захочет за вас заступиться, и ее за собой на дно утянете. Слишком опасна Система. Она кого угодно сметет. Вам нужно исчезнуть, на какое-то время затаиться, а потом, когда страсти улягутся, я переправлю вас за границу. Вот оттуда можно и повоевать.
- Куда отправите? - испугалась Денисия.
- В Англию.
- А если во Францию? По-французски я говорю свободно.
- Во Францию? - Боровский задумался. - Не очень мне это нравится... Впрочем... Хорошо, можно и туда. Бертран... Мой приятель, господин Машикули, думаю, поможет вам и делом, и мудрым советом.
- Бертран Машикули? Знакомое имя. Он приезжал в Россию?
- И не раз.
"Возможно, мы виделись с ним на посольском приеме", - подумала Денисия и спросила:
- Кто он?
- В прошлом видный политик. Сейчас отошел от дел, но все еще продолжает пользоваться весом. Только... - запнулся Боровский и продолжил с легким смешком:
- Хотя вам это даже на руку.
Денисия насторожилась:
- Что - это?
- Бертран старый прожженный волокита, но не пугайтесь. За рамки дозволенного, если сами не захотите, он не выйдет.
- Конечно, не захочу.
- И не надо. Вы молоды и симпатичны. Он будет рад и этому факту. Бертран в глубине души по-прежнему романтик-мальчишка. Вообще-то он, как любой политик, все больше заботится о себе и ленив на дела хорошие, но, когда речь заходит о милых крошках, здесь Бертран становится рыцарем и способен на подвиги. Да-да, вы правы, надо ехать в Париж. Думаю, Машикули будет противна одна только мысль, что столь хорошенькая девушка, как вы, может погибнуть от руки злодея. Безусловно, он вам поможет.
- Дай-то бог, - выразила пожелание Денисия.
- Бог даст, - заверил ее Боровский. - Касаемо Машикули я абсолютно уверен, а вот как вывезти вас из страны, пока не знаю. Вы сейчас где? Впрочем, нет, не говорите. Скажите только одно: вы в безопасности?
Денисия оглянулась вокруг: в парке ни души.
- Вроде да, - подрагивая от холода, сообщила она.
- Тогда подождите секунду. Я лекарство приму - сердце опять прихватило.
В трубке послышались шорох, журчание воды, тяжелые вздохи.
"Хоть бы старик не загнулся раньше, чем переправит меня во Францию", с юношеским эгоизмом подумала Денисия.
В унисон ее мыслям Воровский пробормотал:
