Если целью визита Леопольда сюда было просто сделать императрице мелкие гадости, то изменение маршрута было еще большей тратой времени, чем Эдуан сначала думал. Сафия фон Хасстрель окажется в Ловатце, прежде чем Леопольд съест все сласти.
Когда Леопольд жевал уже четвертый фрукт, Ванесса нахмурилась:
– Когда я говорила, что мой флот пострадал, – сказала она вежливо, – я надеялась на вашу помощь. Может быть, я неясно выразилась.
Леопольд усмехнулся и медленно вытер большим пальцем губы:
– Но, конечно, ваше величайшее величество понимает, что сахар может исправить даже самые сложные ситуации. – Он предложил ей инжир.
Она не шевельнулась.
– Я не голодна, ваше высочество.
– Не нужно быть голодным, чтобы наслаждаться этим. – Леопольд протянул ей инжир еще раз. – Попробуйте один. Они почти так же божественны, как и ваша красота.
Она почтительно склонила голову и, к удивлению Эдуана, взяла цукат. Отщипнула кусочек.
Эдуан провел языком по зубам. Он был в недоумении – как понимать поведение императрицы? Леопольд явно хотел вывести ее из себя, но она ловко избегала его ловушек. Значит, то, чего она добивалась, было очень важным для нее. А она всегда получала то, что хотела. Так почему же она медлит? Какой смысл надевать маску любезности женщине с такой силой, как у нее? Но Эдуана, конечно, это не касалось.
Леопольд думал так же. Поедая уже шестой финик, он решил сдаться. С почти незаметным раздражением он сгорбился и скрестил ноги.
– Что случилось с вашим флотом, ваше высокопочтение?
– Морские лисицы, – спокойно сказала она. Принц рассмеялся.
– Морские лисицы? – повторил он, подняв брови. – Вы считаете, что я поверю в это? Может, еще горные летучие мыши и пламенные ястребы?
Ванесса никак не отреагировала, но атмосфера в комнате накалилась, а аспиды напряглись, как будто приготовились к атаке. Рука Эдуана инстинктивно дернулась к рукоятке меча.
– Пламенные ястребы все еще обитают в Марстоке, – сказала ровным голосом Ванесса. Выражение ее лица не изменилось. – И похоже, что морские лисицы вернулись.
Эдуан взглянул на Леопольда, чтобы посмотреть на его реакцию. Ведун Крови слышал о морских лисицах, однако, насколько ему известно, уже много десятилетий их не встречали.
На этот раз Леопольд промолчал, а его мысли было прочесть невозможно.
Ванесса продолжила:
– Я должна быть в Азмире, ваше высочество, но боюсь, что ремонт флота займет слишком много времени. Я прошу одолжить Ведунов прилива из вашей команды, ведь у нас их уже не осталось.
«Нет ведунов Прилива? Тогда почему, – Эдуан размышлял, – я учуял в трюме, по меньшей мере, запах трех Ведунов прилива? Я не мог ошибиться. Оттенок волн и речных порогов».
Эдуан думал, как лучше сообщить принцу о лжи императрицы, как тут Леопольд взмахнул руками.
– Ваше императорское совершенство, – пробормотал он, – я не мог не заметить неповрежденный корабль в вашем флоте. Он назывался… Что там было написано на его корпусе? – Леопольд бросил острый взгляд на Эдуана, которым дал понять, что он не нуждался в ответе. Принц щелкнул пальцами: – «Эраза»! Это было имя. И определенно это нубревенское имя, которое носит, несомненно, нубревенский военный корабль. Интересно, ваше императорское совершенство, что же случилось с его экипажем?
– Мы набрели на этот военный корабль совершенно случайно, – ровным голосом ответила Ванесса. – Должно быть, они также подверглись нападению морских лисиц.
– Тогда конечно. – Леопольд оперся локтями о колени. – Мертвый экипаж не будет возражать, если вы пришвартуетесь.
На половине вздоха Ванесса застыла. Она не говорила, не моргала и даже не дышала. А затем императрица вскочила на ноги, ее браслеты дребезжали, появилась на лице новая маска: гнев. Или, возможно, гнев был реальным, а не только тщательно отрепетированным выражением. Когда Эдуан вздохнул полной грудью, он почувствовал, как ее пульс начал биться быстрее. Неистовей.
– Вы отказываетесь мне помочь? – тихо сказала она. – Я, имперское святейшество людей Огня, Избранная дочь Шелока, Самая почитаемая из Марстока и – она вытянула обе руки с таким самообладанием, что ни одна из цепей не зазвенела, – Великая разрушительница перевала Кендура. Отказывать мне – это то же самое, что зажигать свой собственный погребальный костер, принц Леопольд. Вы же не хотите, чтобы я стала вашим врагом?
– Я не знал, что мы когда-либо были союзниками.
Тело Ванессы вытянулось, как у змеи, собирающейся напасть на жертву. Ее кровь кипела все более бурно и становилась все горячее. Инстинктивно Эдуан выровнял свой пульс с помощью магии. Он хотел избежать напряжения, но еще и хотел держать под контролем сердцебиение каждого, кто находился в этой комнате.
Леопольд начал перечислять на пальцах, загнув первый:
